Скотина

Барон проворчал неуверенно:

— Так может и сейчас креслом?

— Так в том то и дело, я раму усиленную поставить велел, как в твоих комнатах. Стекло разбить можно, а выбить с рамой не просто, штыри в камень на ладонь.

— Магия проснулась? Задери меня Нерадивый, так он что, и вправду не зря с вызовом?

— В том то и дело, не поймёшь этих рекрутов имперских. Вызов в академию — это же такой шанс для всего рода.

Явление 10.

(Палма. Белозерск. Квартал гильдии портных)

Тормознули у яркой вывески «Лучшие костюмы в империи».

Серьёзная заявка. Вся улица в похожих трафаретах, костюмы, пиджаки, жилетки. Народу не то чтобы много, но есть. Не всякий сброд, а деловые, квартал не для бедных. Снуют экипажи, верхом всадник промчался, высекая искры из брусчатки. Мальчишки важно и сосредоточенно собирают конские яблоки. Веет спокойствием и уверенность конца 19 века.

Долговязый мужик с длинной шеей дёрнул дверку и поклонился исключительно матушке:

— Ваши светлости, извольте-с, просим-с, госпожа, все готово, все в срок-с.

Три костюма на каждый день. Два парадных и один для особенных случаев-с. Брюки, жилетки, рубашки, все высшего качества. Четыре ночи артель не спала-с, лучшее сукно из столицы.

На меня глянул вскользь, проводил слащавой улыбкой.

— Молодой господин, пожалуйте в кабинку, на примерку-с.

Кабинку к нашему приходу сделали персональную, отгородив половину мастерской, видно в обычной Боря не помещался. Одеваться помогали пара подмастерьев, суетились пропихивали руки, ноги, регулировали подтяжки.

Сидели костюмы не то, чтобы мешковато, не представляю, каким мастером надо быть, чтобы скрыть недостатки этой фигуры. Темно синий, чёрный, коричневый, все вроде ничего, для местной деревни. После облачения приходилось выходить к матушке, пускавшей слезы умиления.

— Боренька, какой же ты красивый, слов нет, какой солидный и взрослый. Гордость моя, радость моя.

Мастер тоже не замолкал ни на секунду:

— Вот этот самый лучший, для особых случаев. На приём к самому графу Собакину, хоть сейчас.

Да что там графу, к самому Императору можно.

Может я в столичной моде ни бум-бум, но этот последний вообще дерьмо полное, слишком в нем угадывались контуры слонопотама.

Во время очередного дефиле заметил на полу клубок пряжи с вязальными спицами, аккуратно пнул под ширму. Внутри наклонился. Отличная спица, стальная, сантиметров тридцать, аккуратно спрятал в рукав.

— Боренька, милый, какой ты серьёзный, прямо оторопь берет.

— Ну чего, мам, ну.