Скотина

Я грубо изменил тональность, сказал отрывисто, выделяя каждое слово:

— Где моя мать?

—Что, это ты? Ты что сделал, сынок? Как?

— Женщина, я никогда не повторяю дважды!

— Что? Я, я же...

Женщина начала дёргаться, потянулась к сумке. Наконец догадалась сунуть руку под корсет, удивленно уставилась на окровавленную ладонь.

— Да ты, ты знаешь? Ты что сделал?

— Если я не услышу ответ на вопрос, через десять секунд я сломаю тебе шею.

Бессильная ярость. Взгляд затравленного хищника, бывшего в шаге от добычи. Боль и злость.

— Я просто хотела поговорить? Я, мы...

— Пять!

— Это проклятие, да? Ты меня проклял? — глаза женщины начали коситься в водительскую сторону.

Я отбросил пальцы, которые начали цепляться за одежду, придавил ладонью.

— Не отвлекайся, кучер не поможет, он просто не успеет.

— Скотина, ты знаешь...

— Три!

Женщина шумно задышала, в глазах отразилась паника, выплюнула из себя:

— Да все хорошо с твоей матерью, усыпили в подвале у портного.

— Достаточно, мне это не интересно, — едва заметно выдохнул, внутреннее напряжение отпустило. Все-таки небольшое сомнение терзало — точно ли матушка фальшивая. Первое — запах. Яркие цветочные духи, аромат чуть сильнее, чем до примерки. Женская сумочка оставалась в карете, духи дорогие, редкие. Не могла она в мастерской аромат освежить.

Второе — Око назад не поехало, совпадение, но проще думать, что его специально отвлекли.

Третье — переглянулась эта матушка с кучером, а до примерки смотрела как на пустое место. Каждое в отдельности — ерунда, все вместе — сигнал. Потом уже и скорость добавилась, быстрее назад поехали, а когда в объезд свернули — совсем понятно стало, но в это время дело уже было сделано.

— Как ты догадался?

Я приподнял бровь.

— Разве я похож на человека, который просто так выдаст свои методы познания?

— Ты можешь это остановить? Сколько у меня времени? — выплюнула совсем другим голосом, более тихим, обречённым и перепуганным до усрачки.

Другое дело. Я нехотя пояснил:

— Кровь снаружи — ерунда. Я открыл у тебя сильно внутренне кровотечение, постепенно твои внутренности наполняются кровью. Остановить это сможет только сильный лекарь. Времени минут пятнадцать, на карете не успеть, истечёшь раньше.

«Матушка» откинулась на сиденье, начала заваливаться на бок. Уже не говорила, а только шевелила синими губами. В глазах плясал неприкрытый ужас.