АркАДьев: Пробуждение крови

– Один из отделов мозга воспаляется, и человек перестаёт чувствовать запахи или вкус. А иногда и то, и другое.

- Не замечал за собой признаков простуды, - ответил я.

- Вам бы показаться врачу, - сказал мужчина, уже расправившийся с пирожным и теперь размешивавший ложечкой сахар в чае. – Температуру хоть померять.

- Надо-надо, - кивнула старушка. – Если вы больны, мы можем заразиться. Не хотелось бы.

- Непременно заглянул к доктору, - пообещал я. В животе у меня началось неприятное волнение. И оно постепенно подступало к пищеводу, грозя превратиться в тошноту.

– Прошу прощения. Я вас покину.

С этими словами я поднялся из-за стола.

- Ты куда?! – переполошилась Катя.

- Нормально себя чувствуешь? – спросила Наташа.

- Вполне. Не стоит беспокоиться.

Натянуто улыбнувшись, я быстро направился к входу. У самой двери возникло ощущение, будто за мной кто-то наблюдает. Обернувшись, я обвёл взглядом столовую и встретился глазами с капитаном, сидевшим за офицерским столом в другом конце помещения.

На его обветренном, грубом лице медленно расползлась кривая ухмылка.

В низу живота у меня резануло, и я поспешно вышел из столовой.

На палубе никого не было. Оно и понятно: все пассажиры завтракали. Я двинулся в сторону своей каюты. Пока шёл, понял, что тошнота становится сильнее. Хуже того – ноги начали неметь! А затем – и кисти рук. Когда добрался до своей двери, у меня уже и голова заболела. По идее, все признаки отравления, насколько я мог судить. Но с какой стати?! Я ведь ел то же, что и остальные.

А они явно чувствовали себя прекрасно.

Ввалившись в каюту, я, пошатываясь, направился к кровати, но на полдороги понял, что маршрут надо срочно менять, и поплёлся в ванную. Там едва успел рухнуть перед унитазом на колени, как меня вырвало!

Причём не только завтраком, но и какой-то чёрной слизью. Весьма похожей на ту, которую я носил на анализ в аптеку Пеля. Но, приглядевшись, я заметил, что в жиже есть нечто, чего в моём организме быть совсем уж не должно.

Подобие красной паутины светилось и мерцало в ней.

Протянув руку, я ощутил магию и заставил конструкт подняться в воздух. В центре расходящихся лучами и соединённых концентрическими кругами нитей пульсировала маленькая точка. От заклинания исходило вполне ощутимое хтоническое излучение. И в нём было нечто слишком хорошо знакомое, даже родное. Словно я лицезрел кусочек родной Бездны!

Вдруг паутина задрожала и начала сворачиваться. Нити таяли, исчезая прямо на глазах.