Слуга государя 3

В полнолуние они особенно сильны, так что будь внимательнее. На, держи, — протянула она вдруг мне какой-то тёмный пузырёк.

— Это что? — с сомнением спросил я, взяв его в руки.

— Зелье из бабушкиных запасов, — пояснила она, — Я когда была дома, захватила несколько на всякий случай. Твоё зелье эффект замедления даёт на тридцать секунд. Если оборотень бросится на тебя, сразу в него кидай. Только не промахнись. Оборотни очень быстрые, так что будь внимательнее. Как у тебя с магией дела? Есть чем встретить его?

— Найду, — односложно нехотя ответил ей, не став вдаваться в подробности не простого взаимоотношения со своей магией.

В этом деле я больше надеялся на выданный пистолет, заряженный серебряными патронами. Вот только патронов этих было только шесть. Надеюсь, хватит... Я снял пистолет с предохранителя, чтобы не терять потом времени, убрал его в нагрудную кобуру, и двинулся к своему краю улицы.

Мы с Аней решили начать поиски с той улицы, на которой жили сами, благо она была самой крайней к лесу, разойтись в её разные концы, и двигаться навстречу друг другу, подводя собак к калиткам и забору, и давая им время всё хорошенько обнюхать.

Я медленно брёл по улице, держа на поводке Трезора, чтобы он не убежал от меня, но он, впрочем, и сам не стремился отдаляться от меня. Обычно пёс был настолько любознателен, что мы даже мимо обычного куста не могли пройти без того, чтобы он десять раз не обнюхал его и не пометил, но тут он опасливо косился по сторонам, нервно к чему-то принюхиваясь постоянно, жался к моим ногам, и то и дело посматривал с надеждой на меня, мол, — Может ну его, хозяин? Погуляли и хватит? Ночь на улице, спать пора, а в туалет я даже и не хочу вовсе.

А даже если и хочу — то лучше до утра потерплю. Ну его, а?

Я предпочитал не понимать этих намёков, и всё также двигался вперёд, посматривая по сторонам и держа одну руку на рукоятки пистолета, что немного успокаивало меня.

Деревня же производила странное впечатление. Она и днём-то выглядела полузаброшенной, ночью же, в полной тишине, это впечатление только усугублялось.

Под лунным светом были хорошо видны покосившиеся дома, с прогнившими крышами и поломанными столбами оград, изуродованные временем и запущенностью. Тут и там стояли гнувшиеся к земле фонари, в которых давным-давно уже не было света. Они как будто кланялись мне, когда я проходил мимо них. Здесь пахло забвением, и если бы я сам днём не видел, что люди тут всё же живут, то решил бы, что эта деревня заброшена уже давным-давно.