Шелест. Фаворит

Шелест. Фаворит

Калбазов Константин Георгиевич

Глава 1

В тот момент, когда я вышел с сеновала, грохнула пушка. Граната вылетела из ствола и по крутой траектории умчалась за земляной вал. Несколько секунд и с той стороны донёсся глухой звук разрыва. Фунт пороха это, конечно, не тротил, но тоже вполне себе ощутимо, тем паче на фоне плотных построений и нелюбви местных вояк к окапыванию.

Вообще-то, это гаубица. От пушек русская армия сейчас отказывается, переходя на единороги. Уж больно дорога артиллерия в производстве, а управиться с пушкой для одарённого не составляет большого труда.

Шестой ранг, каковые зачастую командуют ротами, на расстоянии в полтораста шагов без труда вынесет орудие «Шаром». На секундочку, сродни семидесятишестимиллиметровому снаряду. Седьмой управится на трёхстах шагах, а как найдётся кто с восьмым рангом, так и за шестьсот достанет.

Пушка она хороша на большой дистанции, где одарённые бессильны, а боевые порядки пехоты и конницы плотные. Ну, вот так сейчас воюют.

Только это сильно ограничивает область её применения. В то время как гаубицу можно использовать с закрытых позиций, где их никаким плетением не достать, так как те атакуют строго по прямой. Есть ей место и в атаке благодаря возможности вести огонь из-за рядов пехоты, а надо, так и прямой наводкой отработает, что вполне возможно благодаря её относительной лёгкости.

К примеру, вот сейчас, будь единорог на валу, и скрытно подобравшийся одарённый вполне мог его снести, оставшись при этом безнаказанным.

А так снаружи наверняка кому-то досталось. Конечно, пушкари могли и маху дать, но реакция солдат на валу говорит об обратном. Скорее уж прилетело удачно и наделало бед.

Орудийный расчёт уже суетится, заряжая единорога, чтобы отправить повторный привет. Ответки пока нет, но что-то мне подсказывает, что она не заставит себя долго ждать, а тогда уж нам станет жарко, потому как народу тут сильно прибавилось. Кто-то из селян подался в лес, иные воспользовались лодками и ушли озером, третьи остались дома, молясь под образами, но не меньше двух сотен со стариками, детьми, лошадьми и худобой укрылись в крепостце.

И бог весть, какое из решений для них правильное.

Я глянул в сторону офицерского домика. На крыльце квартиры коменданта появилась Долгорукова. Осмотрелась и направилась ко мне. Нужно решать, как быть дальше. Подумал было связаться с Шешковским, но отложил это, потому что мне ему пока сообщить нечего.

— Доброе утро, Пётр.