Граф Лазарев. Том V

» «Оживив мертвеца, спасла множество жизней...» «Отважная молодая девушка с редким Даром...» Первые четыре страницы были посвящены Настасье. Какая она умная, какая красивая, как ей приходилось долгие годы скрывать свой Дар и даже как в семь лет от роду она пыталась играть на арфе. Выходила абсолютно святая женщина, которая, рискуя открыть свою тайну и быть опозоренной, не побоялась поднять зомби и героически всех спасла.

Дальше шли рассуждения о некромантии в целом. Несколько видных аристократов уже высказались, что вообще-то всегда очень уважали магов смерти и выступали против того, чтобы их подвергали остракизму.

А поскольку помимо Настасьи других более-менее известных носителей этого Дара в Империи не было, следующая страница была посвящена моему кузену.

Газета сообщала, что Игорь обладает всеми мыслимыми и немыслимыми прекрасными качествами. Управляющий усадьбой Рода Лазаревых и типографией, двоюродный брат небезызвестного Виктора. Всегда и во всем мне помогал (что правда), обладает ангельским характером (что возмутительная ложь) и вообще практически друг Его Величества.

По крайней мере, не так давно Император лично принимал его во дворце. Потрясающий человек, которого из-за его Дара незаслуженно не принимали в обществе.

Кто-то очень постарался, чтобы позавчерашний подвиг Настасьи поднял целую информационную волну. Думаю, в других газетах сейчас тоже только и пишут, что о некромантах. И у меня даже есть подозрение, кто этот умный человек, который раздул из локальной стычки событие мирового масштаба.

И отвлек таким образом внимание народа от того, что «Неспящие» творят в столице настоящий беспредел. Надо будет поинтересоваться у Романова, не в курсе ли он, с чьей подачи некроманты вдруг стали так популярны.

— Если ваш кузен все еще тверд в своем намерении попросить руки моей дочери... — напомнил о себе Сокольский.

— Думаю, он будет просто счастлив. Приглашу его приехать.

Я хмыкнул, отошел немного и достал мобис. Вот, значит, как, Игорь у нас теперь знаменитая персона, даже знаменитее меня.

Нет, безусловно, я рад за него, мне совсем не обидно. Главное, чтобы меня теперь не стали называть «кузеном того самого Игоря Лазарева». Боюсь, я этого не переживу.

— Игорь, привет, — сказал я, когда артефакт ожил. — Поздравляю, ты теперь знаменит на всю Москву. Не хочешь, раз такое дело, войти в высшее общество и жениться на героической некромантке Настасье?

— Чего?! — Кузен, судя по звуку, чем-то подавился.