Синдзи-кун и искусство войны

Как удержать ту же Сакуру? Или Акиру? Даже гидрокинетика – не посадить в камеру, она попросту решетки срежет через пятнадцать минут. Нет, мы пока не можем себе позволить оставить в живых враждебного супера, тем более с неизвестными способностями. Так что это решение было принято нами из собственной слабости и трусости. Слабости – так как не удержали бы в плену, да и не смогли бы схватить и в плен сопроводить. И трусости – так как боялись, что они нанесут ответный удар, который мы не сможем сдержать. Попросту поубивают нас всех.

Да, я могу лечить, но мой предел мне неизвестен, кроме того, пока мы лежим без сознания – бери нас тепленькими. Так что единственной возможностью был внезапный удар. И сокрушительная ложь после.

- Как-то же Антимагия удерживает магов в тюрьмах. – говорит Иошико.

- Думаю, магов держат под препаратами, угнетающими волю и критичность сознания, постепенно превращая в овощ. – говорит Читосе: - я об этом в газете читала.

- В таком случае я бы лучше померла, чем на больничной койке овощем валяться.

– Майко отодвигает стопку в сторону и берет Иошико за загривок.

- Слушай сюда, девочка. – говорит она ей: - тебе сегодня очень повезло. За тебя вся наша команда вписалась и теперь у тебя не сотня-другая кровных врагов-суперов из твоего Братства, а шесть жмуриков, которые завтра на удобрения пойдут. Если бы мы сегодня их не упокоили – то завтра сперва к тебе бы пришли, а потом – к нему. А уж тогда бы никого из этих сученышей мы бы в живых не оставили. Вон, у нашей Убивашки спроси, как она свои долги взыскивает.

Так что прижми свою попу, сиди ровно и дай взрослым тетям отметить, как следует.

- Ну вас! – вырвалась Иошико и попыталась исправить, помятую прическу. Майко смеется.

- Понимаю, что ты расстроена. – говорю я: - но … это была очень удобная возможность. Другой такой у нас не было бы.

- Возможность?! Ты так говоришь, будто это шахматы! – вскакивает на ноги Иошико, швыряется в меня салфеткой и уходит, хлопнув на прощание дверью. Наступает тишина.

Мы сидим у Майко на кухне и пытаемся собраться в кучу после операции. Все произошло достаточно быстро, поэтому как обычно – осознание только-только стало приходить. Мы убрали главу Братства. Потому что слишком слабы и трусливы, чтобы позволить ему жить. Хреновый выбор, конечно, но это как у всякого человека, облеченного властью – предпринимать меры заранее, зная, что будут жертвы, предотвращая ещё большие, или же остаться морально чистым, ожидая катастрофы.