Синдзи-кун и искусство войны

Действительно – мы знаем о старом Джиро довольно много и в состоянии устранить его таким образом, что никто и не свяжет его смерть с нами. Способов много. А уж с преемником договоримся. Опять-таки, устранить конфликт и его причину до того, как он произойдет.

- Если мое мнение в этой команде еще учитывается, если вы еще принимаете меня в расчет и относитесь как к товарищу, то я лично – категорически против. – говорит Акира: - у меня свои отношения со стариком, он в свое время вытащил меня из такого дерьма, что … в общем последняя я тварь буду, если просто такую мысль себе позволю.

- Хорошо. Понял. Закрыли тему, больше не возвращаемся. – киваю я. Что же, ладно. Наверное, это меня заносить стало, полетели тормоза к черту, давайте и этих грохнем под шумок. Нельзя всех вокруг убивать, чревато. Конечно, существует морально-этический вопрос об убийстве в принципе, но… я обвожу команду взглядом. Акира… сколько я знал Акиру – она уже была такая. Желания убивать «просто потому, что могу» у нее не было и нет, но и сдерживать себя потому, что «это неправильно» - она тоже не станет.

Чисто прикладная философия японских самураев, следующих пути воина. Как там – если ты встал на путь меча, кто бы не был твоим противником – мужчина, женщина, будь то хоть сам Будда – рассеки его! Рефлексии как у Раскольникова, в стиле «тварь я дрожащая или право имею» - у нее нет.

Майко. Она прикрывается бравадой, простотой и широтой души, но я видел ее в разных состояниях и знаю, что уж наша Майко намного сложнее, чем прикидывается.

Ей проще все упростить до схемы «всех убью, один останусь», но и у нее есть свой внутренний моральный кодекс. И она тоже – уже была такой. С момента нашей первой встречи, она уже была наемницей и у нее уже было свое личное кладбище. Поэтому все переживания и слезы над первым трупом – уже были пережиты и выплаканы.

Читосе. А вот она выросла у меня на глазах. От перепуганной девушки, которой было страшно выйти в город одной. И да, у нее случился свой катарсис, ее способность только усугубила моральную травму и сейчас у нее нет моральных запретов на убийство.

Перегиб. Да, со временем это выправится, она оттает, но пока – ей проще нажать на спусковой крючок, чем заморачиваться.

В общем и целом, все мы тут одним миром мазаны. Все мы можем видеть фестралов, или как они там называются. Познавшие смерть.

- Что-то грустно сидим – для тех, у кого сегодня в кои-то веки все прошло по плану. – говори Майко: - или что, совесть мучает?

- Есть немного.