Гроссмейстер

– Добрый вечер, извините за столь поздний звонок, – голос по ту сторону провода говорит медленно и размеренно. Приятный тембр и чёткая дикция. – Я Хьюго Веббер, отец Тео, хотел узнать у Вас – как прошёл приём?

А, вот оно что.

– Я не имею права разглашать эту информацию. Медицинская тайна, прошу прощения.

– Послушайте, – и почему у неё возникает чувство, будто её зажимают в тиски? Медленно, но уверенно. – Вы обязаны обследовать его как следует.

– Мне придётся перенаправить его к другому специалисту. По моей части он абсолютно здоров.

– Я настаиваю на том, что ему необходимо посещать именно Ваш кабинет.

– Мой секретарь отправит Вам контакты других высококвалифицированных диагностов. Извините, мой рабочий день окончен, позвоните в начале следующей недели.

Она сбрасывает звонок и кладёт телефон в карман пальто. Закрывает кабинет и шагает по длинному коридору.

Эта забота явно дурно попахивает. Его пытаются признать вменяемым? Или наоборот – делают всё, чтобы упечь сына в место, где хорошо лечат нервы? Какая вообще цель у этого?

Спускается на лифте, забывая о том, что нужно было занести отчёты за прошлый месяц в архив.

Использовать психиатрию в своих делах – ужасно и подло, так ещё и впутывать туда ни в чём невиновных людей. Бизнес – дело грязное.

***

– Доброе утро, доктор Вьери. У Вас на обед записан пациент ещё, – голос Сары, работающей в регистратуре, Лина признаёт не сразу. – Перенести?

– Я же говорила, что я ушла на больничный, – заходясь надрывистым кашлем, хрипит врач.

– Хорошо, тогда в пятницу в два часа дня у вас сеанс с Тео Веббером.

Лина сразу же сбрасывает трубку, едва слышит знакомое имя. Бред.

Сюр какой-то. Зачем он вновь записывается на приём, если здоров? Это очередная его издёвка? Да, скорее всего. Только сейчас, в отличие от средней школы, Лине некуда было бежать. Она словно зажата в клещи.

Смех, хоть к коллеге на приём записывайся.

И это было лишь начало понедельника. Хорошо, если так хочет, то будет ему справка о том, что он здоров. Пусть только появится.

В целом, день проходит достаточно лениво – Лина весь день пролежала под двумя покрывалами, каждый час меряя температуру и читая книги о психиатрии. Вот как не вовремя эта болезнь приходится.

К вечеру на красных цифрах градусника наконец-то наступило изменение – 38,6 превратились в 38,1. Прогресс, как ни крути.