Жандарм 2

— Оно вам сейчас очень нужно, — тут ее лицо стало более строгим и дальше она начала меня натуральным образом отчитывать! — Григорий, почему вы полезли к тем бандитам в одиночку? Да еще без оружия? Вы совсем о себе не думаете?

— Я был не один, — попытался я вставить хоть слово.

— Ах бросьте, — махнула она рукой. — Я была в редакции газеты, которая написала про вас статью. Там сказали, что полицейский, который был с вами, участия в задержании не принимал и служил скорее пугалом. Страшилкой, от которой побежали бандиты.

Я знаю понятие загонной охоты, и вы использовали ее, приняв на себя основной удар.

Ее голос колокольчиком разносился по палате, заставляя меня наслаждаться им. Но при этом в памяти тут же всплывал образ той, другой девушки из прошлой жизни. Что любила меня и даже была беременна. Но похоже так и не дождалась. Я смотрел и пытался разобраться — похожа ли Лида на нее не только внешне, но и по характеру. Увы, кроме небольшого эпизода, я так ничего и не помнил о той девушке. И сравнить их характеры точно не мог.

Что злило и заставляло сомневаться, а точно ли я влюбился тогда в Лиду? Или это влияние прошлой жизни зацепилось за их внешнее сходство и спроецировало чувства к той, утерянной, на Воронцову?

— Григорий, — после краткой отповеди Лида замялась. — Тогда я так и не смогла ответить на ваш вопрос... Я и сейчас по правде сказать не знаю ответа, — смущенно и робко сказала она, потупившись. — Но то, как вы защищали меня. Как добивались... В общем, может как вы выздоровеете, мы снова встретимся? Вы любите театр?

Я не знал, что ответить.

Сказать «да»? Но сколько можно! Стоило ей поманить пальчиком, и я бежал за ней, а что получил? Чуть не убили в Хитровке, поучаствовал в не нужном поединке кружка фехтования, где мог получить натуральное ранение. Так еще и недоброжелателя там себе на ровном месте получил. И все ради чего? Ради ответа «не знаю»? При этом она ветреная, любит влезать в неприятности и ей плевать на чувства окружающих! Даже сейчас я не знаю, что ее привело ко мне.

Красивые зеленые глаза, казалось, проникали в самую душу. Вся внутренняя накрутка, что от Лиды одни неприятности и нужно держаться от нее подальше, она не та Катя, которую я любил в прошлой жизни, грозила вот-вот рухнуть под напором этих удивительных глаз. До боли сжав ладонь левой руки, так что ногти впились в кожу, я наконец смог ей ответить.

— Нет.

Слово далось с трудом, но после него стало чуть-чуть легче. Словно некая пелена спала.