Рысюхин, что там у вас налито?

– Тогда вдоль будущей дороги к Мезовичам – ещё и склады поставим, для всех заводов общие, и площадку для погрузки возов и грузовиков.

– Поместятся ли? Лесопилка много места требует для складирования и сушки сырья и продукции.

– Видно будет. Может, ещё пару гектаров приобретём, если прижмёт. Или торфозавод закрывать придётся, как вычерпаем обе ямы – если не договоримся на добычу из большого болота.

– Да, Юрий Викентьевич, слишком много ещё неизвестно и непонятно, чтобы окончательные решения принимать.

– Вот и не будем бежать впереди паровозного свиста.

Глава 4

Дни в Викентьевке вошли в свою колею. Я работал на ремонте завода, бабушка лазила в каждый закоулок будущей деревни. Влад руководил всем остальным, а заодно приглядывал за бабулей, чтобы она ничего не наворотила особо выдающегося. Немногочисленные пока – я надеюсь, что только пока – жители работали, занимались своими делами и с интересом наблюдали за разворачивающимся вокруг бесплатным – для них – цирком.

Кстати говоря, трубки взорвавшейся установки изобиловали скрытыми трещинами и внутренними кавернами. Если попытаться использовать такое вопрос не в том, лопнет ли, а как скоро это случится и в скольких местах сразу. При ремонте я столкнулся с проблемой нехватки металла в деталях, и растерялся – как быть? Сделать трубки тоньше? Это опасно. Короче? Они станут бесполезны.

«Да добавь ты металла! Тебе что старых, негодных деталей не хватает? А на эту мелочь… Да хоть монету возьми медную, копейку ту же».

«Копейкой здесь не отделаешься».

«Ну, несколько монет – какая разница? Главное, смысл идеи ты понял».

Пошарив по карманам, я нашёл алтын[1] и, прижав его к трубке, использовал металл для заполнения микротрещин и каверн. Случайные свидетели большими глазами смотрели, как монета «впитывается» в трубку и, кажется, готовили новую партию слухов про меня.

На новом уровне работа с металлом получалась… на новом уровне, как ещё сказать-то? Пусть это и тавтология.

«В заглублённом ниже уровня земли подземном подвале клуба любителей тавтологии найден мёртвый труп убитого насмерть покойника».

«Вот откуда ты такое выкапываешь, а?!»

«Из богатого жизненного опыта и культурного наследия моего мира».

«Так сказал, будто эти источники равнозначны».

«С учётом того, что многие элементы этого самого наследия к культуре причислить сложно, а ценность у них строго отрицательная – вполне возможно».