Рысюхин, что там у вас налито?

«В каком месте, твоими же словами если, это уважительно?! Такое обращение допустимо только по отношению к простолюдину, причём либо со стороны равного, либо по отношению к слуге или подчинённому. В крайнем случае – к дворнику своего двора или приказчику в своём магазине, где ты постоянный клиент, но даже на это уже лучше получить разрешение! Ты же так называешь, пусть никто не слышит, людей, которые значительно выше меня по положению или намного старше по возрасту! Я сам уже мысленно начинаю так называть людей, а если вслух ляпну?!»

«Обидятся?»

Дед вроде как призадумался.

«Вполне вероятно. Между дворянами такое возможно только в двух случаях: если это старые друзья, которые могут позволить себе такую фамильярность на уровне эпатажа окружающих, не опасаясь неправильного понимания. Или при желании намеренно оскорбить, указать собеседнику, что считаешь его много ниже себя. Вот и думай – обидится ли тот же Подпёсок, или Надежда Петровна – а её я уже давно так мысленно называю, более того – боюсь, что пару раз мог уже и вслух ляпнуть, но там контекст был такой, нарочито расслабленный и шутейный».

«Да, за языком надо следить, особенно в чужой компании. Это и у нас справедливо более чем. Прости, я расслабился, зная, что окружающие меня не слышат, а как это на тебя воздействует – не подумал. Это следить за собой – трудно, а отпустить себя – наоборот, легко. Виноват, постараюсь исправиться».

«Деда, ты не обижайся, ты мне как родной, на самом деле.

И с тобой очень интересно и чаще всего приятно общаться. Но мне на самом деле бывает страшно, что я ляпну что-нибудь где-нибудь там, где это недопустимо и получу неприятности, вплоть до фатальных. Если сказанное изобличит меня, как иномирца или заставит опять заподозрить в таком».

«Эх, Юра… Жаль, что наше общение такое, бесплотное. Иногда, не скрою, хочется тебя хворостиной по заднице угостить. Но, честно сказать – это редко. Чаще хочется обнять, чтоб поддержать, да и просто приласкать, по-родственному, как внука.

Ещё раз, прости дурня старого?»

«Звиняйте, барышня?..»

Я почувствовал, как защипало глаза и спрятался за шуточкой. Дед, разумеется, всё понял – он же внутри сидит, как от него спрячешься? Но поддержал мою попытку свернуть разговор:

«Вот-вот, именно её!»

Больше мы до самого дома серьёзных тем не касались.

Войдя во двор с некоторым удивлением увидел во дворе грузовик, на котором обычно ездил старший управляющий.