Графский сын. Том 1

Как же он мог не быть заинтересованным? Ведь его статус самого информированного человека в городе был под угрозой.

— Не совсем ясно, но могу подтвердить то, над чем я сейчас работаю, совершенно новое и имеет необычную форму. Все, что я могу сказать — это то, что мы такого раньше не видели, — поделился информацией кузнец.

— Этого мало, чтобы меня убедить. Я собираюсь эвакуировать свою семью. Я не уверен, что Виноградские смогут победить, — заявил торговец. Он не мог позволить себе потерять накопленное богатство.

— Трусишка, — с отвращением произнес Роберт.

— Неблагодарные вы! Где вы найдете такого благородного господина, как наш? Я верю, что наш господин Ренар справится, — взвопил подвыпивший кузнец.

— Успокойся, — попытался смягчить ситуацию Роберт. — Я уверен всё образуется.

***

Особняк Виноградских.

Ренольд, мой отец и главный союзник, подошел ко мне.

— Как обстоит ситуация среди народа? — его голос звучал как отголосок вековой мудрости.

Я взглянул в его глаза, передавая неутомимую борьбу душ нашего народа:

— Не спокойно, но ещё не безнадежно.

В сердцах людей осталась вера в чудо, так же как это было в те времена, когда прошлая война оставила свой след, — ответил я, передавая слова Роберта, владельца таверны, который стал незаменимым союзником.

Сначала он только тайно разыскивал мысли и страхи жителей. Но сейчас он взял на себя миссию контролировать поток информации, ненавязчиво раскрывая «инсайдерские новости». Это выглядело настолько естественно, будто он всегда был частью города.

И теперь вину можно было бы свалить на императора и высшие круги.

Ренольд кивнул, сидя на стуле.

— Следовать твоему совету — верное решение, — сказал он с лёгким наклоном головы. После того как я взял в руки инструменты для создания печатного станка, Ренольд вернулся с обдуманной идеей косвенного воздействия на массы.

Человек, как правило, склонен доверять друзьям, с которыми он общается каждый день, больше, чем высшим властям.

Я сам прошел путь от простолюдина. Я знал, что обещания политиков далёких от народа — вызывают недоверие. И люди думают, что их пытаются обмануть, чтобы спасти себя.

Бывали времена, когда я жалел о судьбах тех, кто занимал высшие должности. Но потом мои размышления возвращались к жестокой реальности, где живущие в роскоши политики стояли над толпой, борющейся за выживание.

— Сколько солдат в армии противника? — осведомился я.