Лежебока

И я тебя уверяю, ты даже представить себе не можешь, что способна сотворить тобой недотраханная баба. Еще раз спрашиваю, котенок, кто ты такой?

Я опешил. Контраст глубоких голубых глаз и прекрасного личика с грубыми с откровенно грязными словами был поразителен. Он выбивал из колеи. Чтобы собраться мне понадобилось несколько секунд.

- Я - дворянин. - Только и смог выдавить из себя хрипло.

По всем имперским уложением, к благородному человеку применялись особые меры судопроизводства и дознания.

- И чо? - Лениво бросила блондинка.

Теперь наши лица были совсем близко. А я начал дышать через раз, пытаясь вновь вернуть себе хоть какой-то контроль над ситуацией. Она же каждый раз "заходила" с новой стороны. Стоило мне принять контраст грубости и "няшности", как говорят поклонники японской анимации, как она подбросила новый. Нарочито грубое построение фраз невероятным образом сочеталось с явно прекрасно поставленный речью. Даже не удивлюсь, если она получала образование в заведении вроде моей прошлой гимназии.

Предположил бы и элитные заведения, но простушке в плане происхождения туда хода нет. Мне-то не добраться.

- Вы не имеете... - Начал было я рассказывать о своих правах.

Слушать меня никто не стал.

Звонкий и вполне искренний смех оборвал мои объяснения. Красавица веселилась столь искренне, что мне стало очень и очень страшно. Виду старался не подавать, но, судя по тому что смех сменился на удовлетворенную улыбку, все она прекрасно понимала. И с удовольствием играла в игру "Я знаю, что ты знаешь, что.

- Милый, - она нежно провела кончиками пальчиков ухоженных рук по моей щеке. - Ты такой забавный...

Резкая боль в животе заставила меня согнуться. Она... Она ударила меня! И... как же больно!

В себя я пришел на полу все того же допросного помещения - маленькой комнатушки, где из мебели только и были пошарпаный старый стол и пара табуретов.

- Тьху... Кха-кхватит. - Прохрипел негромко.

Красотка, до того с равнодушным видом поливавшая меня водой из пластиковой бутылки, равнодушно пожала плечами и перестала.

- Встань и сядь. - Коротко потребовала она, ногой пдтокнув ко мне упавший на бок табурет. Больше вопросов на тему "А почему ее оставили со мной одну?" не возникало.

Подняться на ноги было непросто. А уж разогнуться полностью - и того сложнее. Но команду я таки выполнил и, подняв отлетевший в сторону табурет, вновь устроился за столом.