Серёжа, папа плохого не посоветует

– Затруднился я с самым завершением своей художественной работы.

- Сам значок не имеет никакого значения. Главное, чтобы ты вписал абсолютно понятные тебе самому предложения, - последовало пояснение разумного артефакта. И я вписал: «магия иллюзий» русскими буквами. Отчего-то показалось, что так будет более правильно.

- Теперь нам надо снять с себя всю верхнюю одежду, - проговорил я, сам немало смущаясь. - Ритуал многозадачный и во многом сам интерпретирует действия участвующих и даже их помыслы.

Одежда может быть расценена как символ закрытости и внести совершенно ненужные нам помехи.

Охо-хо! Вроде, совсем недавно мы обнимались и целовались на пляже. И одежда на нас тогда была чисто символическая, отчего же вдруг нахлынуло такое смущение?

Хм, Прокошева оказалась гораздо решительнее меня. Пока я, запутавшись в своих брюках, скакал на одной ножке, она уже стянула через голову платье, и решительно избавлялась от самых интимных деталей своего туалета.

Что оставалось делать мне в таком вот случае? Поглядывая на совершенно нагую подругу, тоже взялся за резинку своих трусов. В конце концов, она совершенно права: полная обнаженность – куда надежнее нахождения в круге ритуала в трусах и лифчике. Символизм, однако, черт бы его побрал.

Два с половиной часа длился этот очень сложный ритуал, я специально время по стоявшим в углу гостиной часам засек. Разумеется, за такой долгий срок уже и смущение куда-то пропало, и накатившее было в самом начале возбуждение схлынуло без следа.

Только речитатив повторяемых вслед за Гуамоко команд, волны магии, плещущейся между нами и вызываемые этими волнами озноб и чувство потери чего-то важного.

- Уф, кажись, закончил, - выговорил я хрипло, когда буйство магической стихии вокруг нас окончательно схлынуло. – Конечно, надо бы проверить, насколько все получилось, только я еще не придумал как. Заклинаниям магии иллюзий тебе учиться надо, а я сам даже дохлого жука не запас, чтобы проверить, что у меня с некромантией.

- Зато я запасла, - вдруг выпалила Айрис очень довольным тоном и, как была голышом, принялась копаться в своей сумочке, сваленной вместе с одеждой на одном из сдвинутых нами кресел, сверкая перед моим взором своим голеньким отклянченным назад задиком.

- Ну, что? Как там у тебя? – Поинтересовался я через минуту, украдкой изо всех сил разглядывая ее прелести.

- Ничего.