Серёжа, папа плохого не посоветует

Ну, про принцессу много можно не рассказывать, она мысленно уже в бальном зале пребывала, взгляд такой расфокусированный у нее был, как еще вилкой мимо собственного рта не промахивалась. А вот их императорские величества, похоже, до сих пор пребывали в глубоком разладе. Хоть моя эмпатия, в окружении стольких взволнованных людей одновременно, и не могла предоставить мне толком никаких сведений, все фоном забивалось, но в данном случае это и не требовалось. Когда два человека, сидящих рядом, смотрят куда угодно, только не в сторону соседа, это очень явно заметно.

После пафосного, но очень вкусного обеда, распорядители празднества наконец-то, объявили танцы. Бальный зал, по соседству со столовой, своими размерами и роскошью интерьера реально подавлял. Одно слово: императорский! Первым номером сам император под руку вывел свою дочку. Первые па они делали в окружении гостей в одиночестве. Ну, да такой вот тут, у нас, красивый обычай. Следом за императором потянулись и все прочие пары. Я, к примеру, с дочкой одного из деловых партнеров отца вышел.

Даже смог поговорить с ней немного, только именно, что немного, очень уж она смущалась, чуть не каждый вопрос приходилось по два-три раза переспрашивать.

Следом за дочкой первого делового партнера была другая, потом третья…. А потом наступил момент, которого я так долго ждал. Пришел черед моего танца с Чернозубовой… точнее с маркизой Зальцбергской. Чуть не со всех ног бросился в ее направлении. У всех дам на этом мероприятии имелись, разумеется, маленькие специальные блокнотики, в которые они записывали имена кавалеров на предстоящий танец, но, насколько я понял из наставлений во время своей учебы, настойчивый соперник запросто мог эту очередь и перебить.

Вроде как, у некоторых особ женского пола это считалось особым шиком, таким вот образом наказывать нерасторопных.

- Уваров, деревенщина, куда ты прешь? – Вдруг хлестнул меня грубый выкрик, когда я уже почти достиг места, где стояла освободившаяся от прошлого кавалера Ирина. – Сгинь! Маркиза будет танцевать этот танец со мной!

Раскрасневшаяся от выпитого алкоголя физиономия князь-Никиты в этот момент показалась мне особенно неприятной.

- Деревенщина, маркиз, здесь исключительно вы, - сказал я, стараясь придерживаться более-менее литературных фраз, не сбиваясь на бранные слова. Все же, этот бал – мое первое явление свету, нехорошо портить о себе первое впечатление, – омерзительно навязывать свое общество даме, отлично осознавая, что ей претит общение с пьяницей.