Гангстер вольного города

Мы договаривались, если ты помнишь!

От этих слов на меня обрушился шквал воспоминаний. Я отчётливо вспомнил, как и сам в девяностые ходил на разборки, рискуя жизнью в таких вот грязных забегаловках и полуподвальных коммерческих магазинчиках, которые презрительно назывались комками.

И прекрасно понимал, что с такими личностями, как этот самый толстяк, всегда было больше проблем, чем с любым другим предпринимателем. Толстяки всегда больше остальных любили свои деньги. И брюхо своё отращивали не просто на государственных харчах.

Вместо толстяка Ли, как это часто бывало и со мной, из подсобки выскочили четверо китайцев в чёрных кимоно. Один из них мгновенно определил, кто в троице самый опасный, и швырнул молодому бандиту под ноги какой-то кристалл.

Раздался оглушительный взрыв, и похожего на меня мужчину отбросило к стене. Да так, что стало очевидно: больше бедняга не жилец.

Удар головой о твёрдую стену превратил его мозги смузи, а брызнувшая кровь, что проступила со стороны затылка, говорила только об одном: парня пора отпевать.

— Не спи, — крикнул старик-индеец. — Из него душу вышибло. Входи в его тело.

— Как? В него? Да ты посмотри, у него мозги сейчас наружу вытекут!

Койот не стал ничего объяснять. Вместо этого он просто схватил меня и запихнул внутрь, как подушку в наволочку. А в следующий миг я открыл глаза. Человеческие глаза, полные боли и слез. И тут же... закрыл их. Что-то шло не по плану Койота...

Как мне показалось, это самое тело раза три попыталось выплюнуть меня обратно.

Койот в образе индейца уже, откровенно говоря, запинывал мою душу в мертвеца, только что ушедшего в иной мир. И сопровождал все это деяние весьма странными, на мой взгляд, словами.

— Курва! Давай... Давай!

Однако ж «запихнуть» меня удалось, хоть и не с первого раза. Но по итогу...

Я не сразу понял, что и как происходит. Словно всего того, что я только что видел, и вовсе не было.

Прийти в сознание, а уж тем более взять контроль над собой и над новым телом оказалось весьма проблематично.

Попытался открыть глаза, и тут же почувствовал отвратительное жжение в них же.

— Черт... — прохрипел я и вновь попробовал распахнуть веки, но не смог... Терпеть это жжение было невыносимо.

Ладно, плевать на зрение. В темноте, которую изредка «прорезали» белые пятна, я попытался встать. Нащупать землю или то, на чем я лежал...