Граф Верховцев. Задача - выжить

Вежливо поклонившись присутствующим, я вышел из гостиной. Где находилась библиотека я не представлял, поэтому поднялся на третий этаж и ходил по коридорам, пока не встретил няньку.

— Лешенька, ты чего не с гостями? — она суетливо присела и начала поправлять на мне и без того идеально сидящий камзол. — Переживаешь? Понимаю. Мне тоже было страшно. На мой день рождения, конечно, таких гостей не было. Пришел лишь деревенский маг. А круг был вычерчен палкой на земле и выложен маленькими белыми камушками. Мы их сами собирали на берегу речки.

Страху я натерпелась, когда маг начал песню! — она прижала ладони к щекам. — А потом поднялся сильный ветер! Листочки надо мной так и кружили! А я стою, руки по швам, только глазами вращаю. А потом появились огоньки. Они были такие теплые, такие ласковые! И внутри сразу стало радостно.

— Светлые?

— Конечно, светлые. Темных мы уже давно не встречали в наших краях. Мне бабка рассказывала, что они живут далеко, в закрытых поселениях. Еще есть один при императоре. Говорят, что он обитает в высокой башне и почти не принимает гостей.

— А можно посмотреть учебники по магии?

— Лешенька, тебе еще рано. Вот проснется сила, приедет твой учитель, и начнешь все изучать. Мария Федоровна сказала, что будет уже на следующей неделе.

Нянька поднялась и взяла меня за руку.

— Пойдем до галереи, посмотрим на картины? Они меня всегда успокаивают.

Она потянула меня в противоположное крыло дома. Там за резными дверями скрывалась настоящая сокровищница. Просторное помещение, залитое солнечными лучами, было полностью заставлена скульптурами и картинами.

Какие-то висели на стенах, другие стояли на изящных мольбертах. Приоткрыв рот, я осторожно ступал по зеленому ковру и любовался работами мастеров.

Некоторые полотна оказались мне знакомы — Васнецов и Суриков. Сердце мгновенно сжалось от тоски по прошлой жизни. Что сейчас там происходит? Получил ли Аропов мой подарочек в имении? Я усмехнулся. По всему дому раскиданы детские ловушки — то краской стрельнет, то пиджак подпалит.

Конечно, этим я не ограничился. Это так, шалости ради. Думаю, сильнее всего по Арапову ударит тот факт, что имение я перед арестом продал кузену Николая. А тот уж никогда не отдаст земли этому проходимцу!

— Нравится? — голос няньки выдернул меня из задумчивости. — Вот и я так же. Только тоска душу тронет, я сюда иду. Пока пыль вытру, сразу легче становится.

Мы еще немного походили по галерее, пока часы не прозвонили четверть двенадцатого.