Незаменимый

Взяв гербовый лист, размашистыми движениями начал писать… завещание. Много времени это не заняло. Ведь единственным родным для него человеком в этом мире была Лана.

- Чтобы ни случилось…

Завершив, подписал и приложил оттиск печатки с гербом. Вот и все.

- А теперь, пожалуй, прогуляемся. Заодно и посмотрим на этого учителя.

Честно говоря, ему и самому не нравился свой настрой. Слишком много дурных мыслей в голову лезет. Скачут, путаются, оставляя после себя неуверенность и смятение. В таком состоянии поговорить со специалистом было бы совсем неплохо.

Глядишь, поможет каким-нибудь советом. Дуэль, пусть и ученическая, полна сюрпризов, о которых он мог и не слышать. Ведь, по правде говоря, это была его первая дуэль. Вряд ли обычные драки здесь шли в зачет.

- Так… Номер три – восемь – двенадцать… Барышня, будьте добры господина Воронина. Спасибо, подожду, - негромко произнес он в телефонную трубку, едва заслышав мелодичный женский голос. – Господин Воронин. Добрый день.

К вам посоветовал обратиться Пантюшин Александр Николаевич. Сказал, что вы можете мне помочь.

Голос с той стой стороны был нейтральный, лишенный всяких эмоций. Но едва прозвучало нужное имя, голос изменился – в нем появилось больше жизни, теплоты.

- У меня завтра дуэль, а я, как бы это сказать, не совсем в форме…

Воронин ответил не сразу. Видимо, просьба была не совсем обычной. Подготовить к дуэли за сутки не каждый сможет. И сможет ли, вообще?

- Куда говорите приехать? Я что-то не понял… В смысле на кладбище?

Но собеседник вновь повторил то, что только что сказал.

Ошибки не было: ему нужно было приехать на самое старое городское кладбище.

- Да, да, я понял. Скоро буду.

Положив телефонную трубку, Рафи посмотрел в зеркало, в котором отражалось лицо очень удивленного человека.

- А не рано ли на кладбище? – спросил он сам себя. – Уж не настолько я и плох в магии. Кое-что могу изобразить, если сильно прижмет.

***

Репутация у господина Воронина в известных кругах была весьма неоднозначной.

Дипломированные преподаватели из солидных учебных заведений относились к нему, как бы это помягче сказать, плохо, обвиняя в шарлатанстве и невежестве. Были и такие, кто писал на него жалобы в министерство просвещения. Мол, человек с такими взглядами на магическую науку просто не имеет право заниматься преподавательской деятельностью и должен быть отлучен от занятия преподаванием.