Ружемант

За дверью мягкие, осторожные шаги, услышал, как качается жестяной колпачок, прикрывающий глазок. Не успел даже удивиться, как замок отперли. Любопытная мордочка высунулась из-за двери, словно желая убедиться, в самом ли деле это я.

Девчонка.

Невысокая, мне по грудь. Из-под копны черных волос торчали почти настоящие кошачьи ушки. Тонкое, гибкое тело с совсем недетской грудью. На вид лет восемнадцать-девятнадцать. Одета почему-то как классическая горничная, разве что чепчика не хватает. Взгляд голубых глаз через мгновение наполнился теплотой и радостью.

– Хоз-зяин! – Она напрыгнула на меня, стиснув в легких объятиях. Стоял, не зная, что делать дальше, слушая всхлипы вперемешку с причитаниями.

– Я так за вас волновалась, хозяин! Мяу? Вы слышали, что там творится? На пересечении Бабушкинской и Норильской?

Я не знал, меня ведь там и близко не было.

Нагло поселившаяся в мое отсутствие кошка требовательно затащила меня внутрь. Норовила, словно с маленького, стянуть куртку, помочь с ботинками.

Мои ноздри щекотал запах бабушкиных котлет, как из детства. Будто заметив это, кошкодевочка улыбнулась.

– Я нажарила, мяу. Мне купон пришел, фарш выиграла! Первой категории! В магазине! Мяу?

Из кармана куртки выпал полусмятый серый лист, тут же привлек ее внимание.

Я погладил ее по голове, потрогал уши в надежде нащупать под волосами ободок. Она не обратила на это ровным счетом никакого внимания.

– Хозяин? Хоз.. зяин... – Ей разом стало дурно. Отстранившись, она подхватила злополучную бумажку.

Мне кажется, я почти нутром чувствовал ее дикое, неизбывное желание изорвать этот лист в клочья. Вот только не поможет…

***

Это моя квартира.

Я ходил из комнаты в комнату, повторял себе одно и то же, а все не мог поверить. Мебель, обстановка – все так, как я сделал бы и поставил сам, окажись в прошлом веке.

За стол сел, когда уже все остыло. Кошкодевочка спешно собрала ужин и умчалась рыться в шкафу.

Еще никогда прежде я не позволял посторонним копаться в своих вещах. Девчонка, кем бы она ни была, чувствовала себя так, будто жила здесь всю свою жизнь.

Я насадил котлетину на вилку. Стряпня была приятной на вкус, но восторгов не вызывала. Костей бы поменьше, постоянно приходилось выковыривать из зубов.