Ружемант

Отсюда открывался прекрасный вид на все, что лежало в низине.

– Вон там, за горами, находится вражеский лагерь. По крайней мере, если верить словам наших разведчиц.

– Так пусть их накроет артиллерией или… мы же в часе, может быть, полутора, езды от Москвы. Враг так близко?

– О, ты задаешь неправильные вопросы, рядовой. Лучше никогда их не озвучивай прилюдно, а то можешь лишиться своей чудной беловолосой головки, а я не смогу за тебя заступиться. Ты лучше подумай, что мы стоим здесь вот уже на протяжении полугода. Все, кого ты видел в казармах, выжили не благодаря тому, что ходят в туалет бабочками!

Она отошла от окна, сложила руки за спиной, выдохнула.

– Раньше среди нас уже был ружемант. Она была… хорошей девочкой. Видишь ли, парень, ты когда-нибудь слышал, что огненные маги быстрее восстанавливают ману?

– Вы мечетесь от одной темы к другой, – холодновато отозвался я вместо достойного ответа.

Она покачала головой.

– Может быть, и так. А может быть, есть одна маленькая не задокументированная нигде особенность.

Видишь ли, я заметила одну особенность: скажи, за что не любят ружемантов?

– Ломаем чужие игрушки? – Я вспомнил описание своих абилок. Командующая кивнула.

– Верно мыслишь. Ломаете. Засунь тебя в общую казарму, так ты высосешь с сотню очков привязанности к оружию у других бойцов. Чем, конечно же, сделаешь их только хуже.

– Вы именно поэтому собираетесь селить меня каждый день в новую комнату?

– И да, и нет. Не перебивай, рядовой Потапов, если не хочешь заполучить пару нарядов вне очереди.

Может быть, здесь и девушки вокруг, но видел бы ты наши сортиры… Так вышло, что я очень люблю всякого рода эксперименты. И есть у меня одна мысль относительно твоей особенности: ружемант дает совершенно иные эффекты, если проводит ночь не с целым шалманом, а всего с одним солдатом.

– И откуда у вас такие выводы?

Она щелкнула меня пальцем по носу, ухмыльнулась.

– Наблюдения, мальчик, наблюдения! Знаешь, что это такое?

– И никто до вас не догадался провернуть подобное? – Сомнения и дерзость заставляли меня спорить.

Бейка пожала плечами.

– Кто знает? Может, и проводили, а может, просто никто не желал вдаваться в подробности. Знаешь, почему нельзя делить на ноль?

– Этому учат в школе. – Либо она сумасшедшая, либо попросту не умеет вести беседы. Готова задавать абсолютно не относящиеся к теме вопросы.

– Именно. Учат в школе, что нельзя делить на ноль, но не спешат объяснять. А если и объясняют, то все равно никто не запоминает, усваивает лишь правило.