Ружемант

Машина подпрыгнула от грохнувшего взрыва, заскрипела, тяжело заваливаясь на бок. Из разверстого механического нутра повалил густой, жирный дым.

Я оглядел оказавшийся бесполезным ствол. Черный прямоугольник плашки ядовито-оранжевыми буквами выводил предупреждение.

«Кажется, вы пытаетесь использовать не свое оружие. Желаете сделать его избранным? Для этого перейдите на страницу номер два. Помните, незаконное присваивание карается...»

Я не дочитал.

Стена напротив меня взорвалась градом осколков. Я услышал вскрик. Ната, невесть каким чудом оказавшаяся напротив меня, выгнулась дугой, нелепо вскинула руки, выронив автомат, неподвижно рухнула на мешки с песком.

«Вы уверены, что собираетесь сделать это оружие избранным?»

Не винтовка, а гребаный Виндовс! Чего тебе еще, пользовательское соглашение подписать?!

Обидевшись на мою ругань, дар Бейки тотчас же огласил, что доверяет мне полный доступ ко всем своим функциям.

Очередь, вырвавшаяся из ствола моей новой винтовки, прошила насквозь летающую бомбу и отсекла одну из антенн у второго дрона.

Словно рассорившиеся бараны, они стукнулись друг о дружку, в красивом взрыве просыпавшись градом осколков.

Хотел броситься к Нате, но у той уже шевелились медсестрички. Шустрые, невысокие и коренастые гномки, словно лилипуты, поймавшие Гулливера, спешили утащить ее под мощь стен родной казармы.

Я выскочил из укрытия, дроны решили сменить тактику. Удар в лоб не удался. Снарядами они вгрызались в землю за пределами наших орудий.

– Ежами идут! – услышал я и через мгновение понял, о чем речь.

Ощерившись шипами, поддаваясь лишь единому приказу, со скоростью Соника они неслись на нас по земле, не ведая пощады.

Снайперы ответили залпом сквозь бойницы, десяток мчащихся к нам ядер вспыхнул, разваливаясь на части. Уцелевший грузовик застрекотал зенитным огнем, вспахивая землю, унося еще четверых.

Живая мина, перескочив через шлагбаум, в длинном прыжке неслась прямо на троицу с треножным пулеметом.

Я ждал, что они побегут. Оставят орудие, бросятся врассыпную.

Забыв о собственной безопасности, отчаянно и зло они продолжали строчить. Дрыгающийся пулемет не поспевал за шустрым ядром, в молоко прошивая воздух.

Я вскинул винтовку, рука сама дернула рычажок с автоматического огня на одиночные.

Липкий, холодный страх пробежал меж лопаток, заставил встать дыбом волосы.

Мир как будто замедлился, желая застыть в жутком, судьбоносном мгновении.

Я спустил курок.

Раз, другой, третий...

Стрелял навскидку, сам не веря, что попаду.