Метаморф 3. Красный Коммерсант

Но понимал и то, что стрелочника надо искать грамотно. Так, чтобы общее дело и уже налаженная работа не пострадали, а установленные связи не порвались.

– Давайте рассуждать и думать, как представить имеющиеся данные в правильном свете. Итак: СССР имеет Божественное право на владение 38, 93% Лакуны. Это мало и это плохо, но изменить уже ничего нельзя. Далее: 2,6% в совокупности принадлежат отдельным гражданам, проявившим себя в сражении или перед ним, которые, выказали желание передать свою долю в управление государству.

Так что уже сейчас можно говорить с определенной уверенностью, что доля под управлением Советов превышает 41, 53%. Более чем уверен, что под контроль властей будет передана и доля, полученная… подскажите мне, (благодарю вас) отцом Викентием. У меня есть основания полагать, что он не будет передавать свою часть земли Церкви, как и сам заниматься ею не станет. А это – плюс еще 3,4%. И вот мы уже близки к 50%! Разве вас это не радует, товарищи? Мне, правда, несколько непонятня ситуация с этим… Как его? – функционер полистал свои записи. - «Королём Теней»…

– Уголовник. Матёрый, – подал голос товарищ Красный. – Как только Божественное право было зафиксировано, сразу нарисовался его племянничек с уже готовыми документами от этого «Короля Теней», - ОГПУшник саркастически усмехнулся от такого «имени», но комментировать не стал, ведь оно отобразилось на обелиске, а потому ныне было вполне официальным. - По ним он передает в управление государству свой процент в случае признания невиновными его и ряда его людей.

- Сможем ли мы на такое пойти без серьезного падения авторитета власти?

- Вполне, – кивнул Красный.

– Вот видите! – просиял москвич.

– А Канисы? А прочие аристо? – снова плеснул маслица в огонь Савелий Евграфович, и сам того не заметив, запустил новый виток едва остывшего напряжения. – Эти добровольно ничего не отдадут и не передадут, – чувствовалось, что эта заноза жалит его, пожалуй, больней всего в силу давней неприязни.

– А Вайсберг?! – подул на заплясавший огонёк Алексей Михайлович, – Ведь он же натуральная контра! Пережиток империи и очень опасный персонаж, который ныне является не только носителем родового Фамильяра, но и обладает Божественным правом!

«Ну вот, опять!.

. – мысленно простонал представитель СовНарКома и откинулся на спинку стула, – паникёр хренов!»

Как же трудно было с ним работать!

Слушая, как всё больше распаляется Огнев, Яков Леонидович, неодобрительно покачал головой.