Просветитель. Трудно быть бароном.

- Спасибо за тёплый приём, господин. Ваше вино ничуть не хуже, чем у меня на родине. – сразу поблагодарил меня пленник, едва завидев моё появление в шатре, - Многие другие дворяне не столь добры как вы.

- Разве вы сам не аристократ? Слишком хороший доспех для столь молодого воина и биться вы умеете, так что не очень сильно вы похожи на простолюдина.

- Не, милорд, я именно что простолюдин, но с природным талантом. Просто в своё время мне удалось попасть на службу к одному умелому кондотьеру, который и научил меня сражаться.

- Хотел заработать на турнире?

- Да, ваша милость, но встретился с вами. Если быть с вами честными, то я не ожидал встретить здесь достойного противника. Мне нечем вам заплатить, но мой доспех высокого качества, так что прошу вас принять от меня такую выплату.

- А что ты мне скажешь на предложение поступить на службу? Мой феод находится на приграничье, так что надобность в умелых воинах велика. Не обещаю тебе беззаботной жизни, но тепло, кров и щедрая плата за службу обеспеченна.

Воин раздумывал долго. Он определённо уже успел свыкнуться с мыслью о том, что скоро лишиться доспеха, а значит ничего хорошего его в дальнейшем не могло ожидать. Сейчас же его ситуация развернулась на сто восемьдесят градусов. С ответом я не торопил, дожидаясь пока простолюдин примет взвешенное решение. Мне не хотелось, чтобы затем он передумал о принятом решении, а потому стоило подождать несколько лишних секунд.

- Я согласен, господин.

Солдат неожиданно упал на одно колено, приклонив голову. Это вызвало на моих губах улыбку, ведь мне удалось добыть для себя ещё одного умелого воина, который в будущем может сыграть большую роль в вопросе получения мною значительной власти в регионе.

- Назвался бы для начала.

- Я Дерек, мой господин!

- Ну что же, Дерек, служи мне честно и ты будешь в первом своём роду, кто сможет честно назвать себя рыцарем.

Глава 14

- Мой хозяин просить прибыть вас в его шатёр, ваша милость. У него есть выгодное предложение.

Слуга купца появился во время второго дня проходящего турнира, когда сразу несколько аристократов словно заговорённые мутузили друг друга на квадратной арене, разделившись на несколько отдельных друг от друга двоек. Звон здесь стоял такой, что нельзя было услышать собственных мыслей, если не напрягать при этом разума.