Интриган. Новый Петербург

— Я не стану оправдываться, отец, — холодно ответил, глядя в темные глаза. — Я — солдат. Служба — мой долг. Но я обещаю, — палец ткнул в столешницу, — что голодать нам точно не придется.

— Тебя, наверное, и могила не исправит, — Андрей вздохнул. — На Фронтире всегда нужны добровольцы — так что вперед, это же твой долг. А мы пойдем по миру, ведь медали превыше всего.

— Папа, хватит! — Афина привстала и ударила ладонями по столу. — Гектор вернулся буквально с того света, а ты делаешь все, чтобы он снова уехал!

— Он и так уедет, — граф достал трубку и кисет.

— Вот увидишь. Только где-то полыхнет — и его как ветром сдует.

— А вот с этим я поспорю.

Все замолчали, уставившись на внезапного гостя. Рядом сиротливо жалась Дульсинея, но вошедший не обращал на нее никакого внимания.

Да и мы так увлеклись ссорой, что не заметили одутловатого мужчину средних лет в синей двубортной шинели.

На плечах и груди блестели эполеты и аксельбант, на поясе покачивалась увесистая сабля, из кобуры торчала рукоятка тяжелого револьвера.

Человек без спроса занял свободное место и пригладил густые усики под носом — совсем как у Гитлера. Да и черная челка на лбу навевала недвусмысленные ассоциации.

— Орест Николаевич, — Андрей встал и поклонился. — Чем обязаны?

— А то вы не знаете. Ух, духота. Упарился с дороги. Можно водочки?

— Дуся!

Пока горничная ходила в погреб за шкаликом, полицмейстер объяснил суть визита:

— В общем, твоему сыну придется какое-то время побыть в городе. И по первому же вызову являться на допросы.

Ты, Гектор — наш единственный свидетель. И без тебя расследование неминуемо зайдет в тупик. Сейчас я тебя коротко опрошу, но завтра будь добр прибыть в управление с подробным отчетом: кто, когда, зачем и куда. Итак, видел ли ты, как произошел взрыв?

— Боюсь, все произошло слишком быстро. Едва успел окружить себя щитом. Но в одном уверен почти наверняка — взрыв произошел в гондоле. Это точно не утечка водорода.

— Вот, значит, как? — Пушкин почесал наметившийся второй подбородок.

— Стало быть, бомба? Тайная канцелярия тоже грешит на террористов, но кто их подослал? Так много сторон, так много мотивов. А водолазы пока не могут спуститься на дно из-за шторма.

В коридоре послышались дробные шаги и пьяное бормотание.

В столовую вошли двое рослых городовых, таща под руки бритого наголо лопоухого парнишку с подбитым глазом. Шкет едва переставлял ноги и с трудом соображал, что вообще происходит, лишь дебильно улыбался.