Князь Барятинский. Второй курс. Свет на вершине

Огромное окно осыпалось осколками. Холодный ветер и снег ворвались в зал, заметались по нему, приводя в чувства тех, кто был готов потерять сознание от ужаса.

— В моём дворце! — прогремел вдруг голос императора. — В день помолвки моей дочери!

Сколько силы было в этом голосе, столько же оказалось и во вспышке Света. Что именно сотворил император, я разглядеть не успел, меня попросту ослепило.

Визг, вопли отродий Тьмы неслись отовсюду. Казалось, этих демонов жарят живьём. Да по сути, так оно и было.

Наконец, Свет померк.

Я моргнул. Моё особое зрение быстро адаптировалось, и я увидел императора, который обмяк, опираясь на плечо Бориса.

Я оценил обстановку в зале. С десяток тварей пережило атаку. Но то, что стояло в дверях, издохло, и полуослепшие люди ломились на выход. Один из официантов с воплем выскочил в выбитое окно. Видимо, посмотрев на Вову и Надю, решил, что внизу поставили батут.

Я бросился за этим идиотом, послал впереди себя цепь. Та нырнула вниз, и тут же я почувствовал чудовищной силы рывок.

Держался обеими руками, упирался ногами, но проклятый натёртый паркет мне в этом совершенно не помогал. Я скользил к окну.

Падение мне ничем не грозило, конечно. Вот только покидать поле боя не хотелось. Что-то подсказывало, что веселье здесь ещё будет, и так вот внезапно уходить — неприлично.

Мысленно я отдал цепи приказ удлиняться, и та разматывалась, будто леска. Я чувствовал себя рыболовом, который поймал на блесну здоровенного сома и теперь даёт ему немного порезвиться — чтобы измотать, прежде чем начать подводить к берегу.

Цепь удлинялась, я скользил по паркету. Мозг лихорадочно высчитывал высоту... Нет, не успеть. Если этот дурачок висит вниз головой, то ему точно крышка. Если вниз ногами — повезёт больше, всего лишь сломает ноги.

А на меня справа нёсся сгусток проклятой Тьмы. Я уже ничего не успевал сделать.

Как вдруг сквозь густо летящие хлопья мокрого снега будто пронеслась белая молния. Миг — и я ощутил, что тяжесть исчезла, а скольжение к окну прекратилось.

Джонатан.

Этому парню не привыкать спасать падающих недотёп. От души тебе, фамильяр! Сочтёмся.

Цепь вынырнула из окна, обернулась вокруг моей руки. Своим фирменным ударом я встретил налетевшую на меня тварь, которая недавно была человеком. Удар, вспышка, истошный визг тысячи голосов.

Тварь упала. Я надавил коленом ей на «грудь» и ударил ещё раз, ещё и ещё. Очередной удар пришёлся на паркет. Щепки полетели в разные стороны, а холодный ветер из окна поднял в воздух пепел.