Ненужный

– Уверен, что предложенная вам сумма будет очень значительной.

Фраза об очень значительной сумме была приятной, «сладкой», словно «мед в уста». Ее хотелось смаковать, снова и снова повторяя про себя. Обещала женщине исполнение самых ее сокровенных желаний.

- Конечно, - Калышева быстро поднялась с кресла, и, накинув строгий жакет, последовала за гостем. – Учтите, я буду очень разочарована, если мне не понравится, что я там увижу…

Она чувствовала себя хозяйкой положения, имея в должниках такое семейство.

А как же иначе? Князю очень не поздоровиться, если она начнет говорить о недавней сделке. За такие дела император может даже вычеркнуть из дворянского сословия, шептала она себе.

- Вам обязательно понравится, - не оборачиваясь, проговорил мужчина. – Уверяю Вас…

Оказавшись у парового мобиля, выглядевшего, как сошедшая с яркой картинки мечта, она на мгновение застыла. Не удержавшись, коснулась хромированной части заоваленного капота и медленно провела по нему рукой.

Тут же ощутила теплоту нагретого металла, от этого казавшегося живым.

Ей очень захотелось такой же мобиль, в котором будет еще больше хромированных и никелированных деталей, еще больше роскоши внутри. Разве она такого не достойна? Конечно же, достойна.

- Мадам Калышева, прошу, - из мечтаний ее вырвал глухой голос мужчины, предлагавший руку для помощи. – В салон мобиля.

Не приняв помощь, она сама шагнула внутрь, тут же попадая в атмосферу невероятной роскоши и богатства.

В воздухе стоял непередаваемый аромат, в котором угадывались сладковатые нотки панелей из драгоценного сандалового дерева, горьковатые оттенки хорошо выделанной кожи. Взгляд сразу же остановился на золотом баре, вместительной коробке с напитками.

- И где мои деньг…

В нетерпении начала она, но так и не смогла закончить вопрос. С мягким хлопком захлопнулась дверь мобиля, и что-то тут же сдавило ее шею.

- Хр-р-р..., - захрипел Калышева, пытаясь вырваться из захвата стальных пальцев.

- Ты не двигаешь, молчишь и просто отвечаешь на мои вопросы, - почти у самого уха раздался негромкий и абсолютно равнодушный голос. С таким голосом можно и извозчика ловить, и убивать, как оказалось. – Поняла? Дерни правой рукой, если поняла. Учти, будешь кричать, сломаю шею.

И вновь это было сказано совершенно невыразительным, а оттого и ужасно страшным, голосом. Чувствовалось, что ему человека жизни лишить, как высморкаться.