Ненужный

То миску с кашей рядом положит, то краюху черного хлеба, то поднос с пирожками, то стакан с компотом. Сама же рядом села и с умильным выражением на лице стала наблюдать за ним.

- Вкушно, просто ум отъешь! – прошамкал Рафи, набрасываясь на угощение. – Спасибо, теть Валь!

- Кушай, кушай, мой хороший! Смотрю, совсем исхудал. Одежда, вона, висит, как на вешалке. А Ланочка поди…, - и тут она давится словами, видимо, вспоминая про произошедшее. Тут же вновь начала всхлипывать и шумно сморкаться появившимся в ее руке откуда ни возьмись платком.

– Ох, горе-то какое… Девочка моя… Совсем крошка… Тетей меня называла… Я же видела ее тогда… Дура-баба, думала, проверяющие какие-то приехали…

Встрепенувшийся Рафи уже было хотел открыть рот, как его резко одернул Голос. Мол, не торопись, не спугни. Пусть сама все расскажет.

- … Увезли, значит, мою девочку…, - приговаривали она, уже не обращая внимания на текущие слез. – Ироды… А этой крашенной сучке Калышевой так и надо! Чтобы ее черти на том свете, как сидорову козу, драли, - со злостью фыркнула уборщица.

– Она все затеяла, точно она!

Раскрасневшаяся женщина, не обращая внимания на Рафи, достала из шкафчика штоф с рябиновкой. Нацедила стаканчик и залпом опрокинула его в рот.

- Жила, как потаскушка, и сдохла, так же, прости меня Господи, - чертыхнувшись, быстро перекрестилась она. Взглядом мазнула по красному углу с парочкой икон, которые, честно говоря, здесь и не такое слышали. – Она это, Рафи, все сделала. Думала никто не знает про ее делишки…

За первым стаканчиком пошел второй, делая уборщицу еще больше словоохотливой.

-… А этот, что твою Ланочку за ручку вел, был такой страшный, - ее лицо тут же сделалось тревожным и даже испуганным. – Я тогда из-за столба на него глянула и обомлела от страха... Черный весь из себя, как черт. Глаза, вдобавок, пустые, рыбьи. Посмотришь в них, всю душу из тебя вытрясет…

А когда штоф с наливкой показал дно, то выяснилось еще кое-что. Уборщица вспомнила, что на карете гостя был какой-то рисунок с острыми лучиками к верху.

К сожалению, других подробностей женщина не запомнила, как ни старалась вспомнить.

- И что теперь? – тихо-тихо спросил Рафи, когда оказался за изгородью приюта посереди улицы. От рассказа тети Вали у него все в голове перемешалось – убитая мадам Калышева, черный человек с рыбьими глазами, карета с короной. – Что это все за белиберда?

«… Ошибаешься, парень. Теперь, как раз, все и стало ясно, - Голос явно оживился.