Ассасин

- Фигово ему пришлось, - сказал я, - он ведь не Посланник, значит, не зарастет - как же он будет продолжать магичить? Да, и почему не показали, как именно ему поотрубали конечности?

- Табу, так как это связано с моим Посланником, - ответил Флайс, - я его наложил. Повторяю, даже не пытайся спрашивать - я обязательно все объясню, но позже. Парс был многообещающим и очень талантливым парнем, но его испортили навалившиеся проблемы.

Снова туман и передо мной новая сцена: блондин без обеих ног сидит на поляне и смотрит вдаль, где проходит, судя по всему, какой-то магический турнир, так как двое магов там пуляли друг в друга огромные огненные шары и ледяные стрелы.

- Погоди, он что, не смог стать нормальным магом после потери ног?

- Разумеется, - ответил Флайс, - основополагающая черта, влияющая на силу мага, после стихийной мощи, это мобильность, а она у него опустилась почти до нуля. Это и запустило основную цепную реакцию, и стало главной причиной появления Лича.

- Погодь, но ведь мощные клерики могут отрастить ноги заново! - сказал я, - это я точно.

- Увы, но это вопрос довольно приличной суммы и он, будучи небогатым выпускником Академии, упустил свое время. Разумеется, когда он все-таки собрал нужную сумму, ему вырастили новые конечности, но сильным магом он стать уже не смог, так как огромное количество времени пропустил и навсегда потерял форму.

А это, наверное, что-то вроде встречи выпускников - все крутые маги, с мощными мантиями и посохами, веселятся и пьют, а блондин в обычном коричневом плаще сидит в стороне и над чем-то размышляет.

Следующий кадр - Парс, небритый и грязный, роется в какой-то библиотеке, рассматривает картинки, переводит тексты. Довольно жалкое зрелище, учитывая, каким горячим красавчиком-блондином он был. В конце концов, он достал тот самый Темный Гримуар и жутко захохотал.

- Ну, вот и почти конец истории, - сказал Флайс, - он добился своей цели и все-таки стал одним из самых могущественных магов и даже почти захватил мир.

Туман рассеялся, и я оказался над Гримуаром с занесенным клинком. Лич стоял надо мной и не двигался.

- Ты все видел? - спросил он, - всю мою историю?

- Да, - ответил я и с размаху вонзил меч в книгу.

- Почему? - прохрипел дед, - как ты догадался?

- Как два пальца об асфальт, - ответил я, - ваша слезливая история, товарищ, попахивает гумном и это просто наглая Иллюзия! "Не верю!", как говорил великий Константин Сергеевич.