Гусары, молчать! Том 1. Том 2

Единственное послабление, что я себе позволил – после обеда покидаю лагерь и тренируюсь километрах в сорока отсюда. Если с утра ещё можно как-то всё это перетерпеть, то к концу дня, если все время нахожусь в скоплении народа, выть хочется и на стену лезть от боли.

Мои товарищи сразу планировали составить небольшой график дежурств, чтобы определить, кто будет заниматься со мной по вечерам, но Софья с Софией уверенно заявили, что берут это на себя.

Надо будет их за это как-то потом отблагодарить. Странная штука, но в их присутствии все эти противные ощущения проходят быстрее, да и не столь сильно по голове бьют.

Такое чувство, словно они каким-то буфером являются, перекрывая ко мне доступ доброй половины чужих эмоций.

Понятное дело, что о какой-то высокой эффективности тренировок речи идти не могло. Пять часов с утра я превозмогал боль, потом убегал из лагеря и отходил от этой самой боли. Потом возвращение, быстрая попытка уснуть, и всё по кругу.

Нехорошо будет, если эта тема продлится и дальше. Придется мне навсегда из Москвы свалить.

Построить себе домик где-нибудь в лесу, грядочки вскопать. Засадить небольшое поле картошечкой, не забыть про лучок, редиску, чесночок, огурчики. Все своё, домашнее…

Забавно, я реально об этом задумался, эти мысли даже особого отторжения не вызвали. Что только не сделаешь ради того, чтобы избавиться от головной боли.

Так, тренировки… Чем-то я занимался, да. Тело само делало все на автомате, пока мой разум сражался против этой ненавистной твари, что сверлит и сверлит у меня в висках…

– Оп, не понял, – на шестой день, тридцатого августа, я проснулся и не ощутил присутствия своего соседа с дрелью.

Полнейшая тишина в голове и отсутствие боли. Пришлось пару раз сильно себя ущипнуть, чтобы удостоверится, что я не сплю.

Нет, бодрствую. Ух, давно я так не радовался, чёрт побери! Какое-то время, правда, все равно ходил в напряжении, ожидая, что ощущения вернутся. Нет, бог миловал, все хорошо и спокойно.

Вся наша команда тоже обрадовалась моему выздоровлению.

Мало того, что они не могли тренироваться нормально, так ещё и под вопросом было мое участие в командном турнире. Не хочу выставить себя слишком сильным, но теплится во мне уверенность, что моя личность тут не заменима из-за своей природной красоты, гениальности, острого ума… Сам себя не похвалишь – никто не похвалит. Я знаю это, так что придерживаюсь данной тактики.

– Так, а что это у нас тут такое происходит? – не понял я, добравшись до нашей тренировочной площадки.