Травник. Ювелирные дела

И чего тогда Стелла злится? Сама во всем виновата. Подруги стали шушукаться, выставив барьер от подслушивания. Брюнеточка явно «плачется», зло посматривая на невозмутимого Кулыбина.

— Иван Иванович, а где народ? На лыжах катаются или дрыхнут еще? — поинтересовался я.

— А почти все разошлись, — невозмутимо ответил тот. — Насколько знаю, осталось всего две пары. Саид с Жалианой и Геннадий с Лерой, но они еще не вставали.

— Эм, Геннадий с Лерой? Это кто такие? — постарался вспомнить я.

— Господин Бочкарев Геннадий Андреевич, двадцати двух лет, сын главы клана «Перевозчик», Валерия Федоровна Мышова — девятнадцати лет, средняя дочь мэра города Иванова, занимающегося трикотажем.

Саида и его подругу сами знаете, — четко ответил Кулыбин.

— А принцы с принцессами, остальной народ? — опешил я.

— Свалили, — хмыкнул Иван. — Кому-то не понравились номера, у кого-то запланированы деловые переговоры и сделки. Но, думаю, причина надуманная, рассчитывали укреплять связи, а тут оказалась обычная вечеринка.

— Так в приглашениях об этом и говорилось, — недоуменно пожал плечами.

— Гм, Станислав Викторович, прости, но к аскетичности мало кто привык. Тот же Саид остался из благодарности, побоявшись обидеть и он очень хочет научиться кататься на лыжах.

— Понял, — кивнул я и «украл» у зазевавшейся Стешки второй бутерброд, который она сделала, но оставила без присмотра.

— Как понимаю, отдых сокращаем? — уточнил Кулыбин.

— Меньше народа — больше кислорода, — неопределенно отметил я.

— Стас, можно тебя на минутку? — обратилась ко мне княжна и кивнула в сторону окна: — Отойдем!

Моя подруга не стала передавать разговор со Стеллой.

Но и так все понял, когда Стеша заявила, что брюнеточка сильно злится на Кулыбина и желает ему отомстить за наглое поведение. Уточнять ничего не стал, не из-за того, что княжна на стороне подруги, а преследуя собственные интересы. От внучки губернатора Хабарска следует как-то на пару дней избавиться, оптимальный выход — сдать ее деду или Ивану. Последний-то неровно к нашей подруге дышит, но как-то робко поступает, не как военный. Осаду ведет не по правилам. Или придерживается определенной тактики? Черт его знает!

— Прости, — остановил я монолог достав из кармана завибрировавший сотовый. — Звук вчера отрубил, чтобы звонками не донимали. О! Михаил из Питера соизволил объявиться.

— Интересно, почему он не пришел? — сказала Стеша.

Наш приятель-гонщик первым делом стал каяться и просить прощения.