Черт меня знает

Уже менее знатные семьи внутри клана на герб добавляли свои символы. При этом, чем ниже в магической иерархии клана был определенный маг, тем больше символов и закорючек было на его персональном гербе. Ну а уже совсем слабые маги к всяким символам и закорючкам, не парясь, добавляли буквы. Могли просто написать свое имя или указать то, чем занимаются — ведь герб часто был вывеской с предложением услуг.

Сейчас, когда я шел по этой центральной улице и раздумывал над этим, в голове была куча вопросов. Самый главный из них, а как собственно Кид из простых крестьянских ребятишек сумел прижиться на улице среди знати огненных? Нет, я вроде помнил, что по словам Фирта у паренька был сильный дар, но даже если так, неужели он так быстро сумел заработать себе репутацию, деньги и купить дом здесь? У нас в клане темных, как я помнил, талантливые маги с сильным даром, конечно, пробивались быстро, но не настолько.

Интересно, сколько Киду лет? Я вообще, кстати, не спросил об этом Фирта в свое время. Да я вообще ничего о нем не узнал! Зря...

Чем ближе подходил к нужному адресу, тем больше в голове роилось вопросов. Когда остановился у нужной двери, удивленно крякнул. Твою ж за ногу! На двери богатого дома красовался опять же тот самый красный щит правящего клана! В чем тут заковыка?

Помявшись, отмел все сомнения и постучал в дубовую дверь. Открыл мне дед с ледяными голубыми глазами. По ровной осанке и ненавидящему людей взгляду я догадался, что это скорее всего эконом.

Пока эта рожа не захлопнула передо мной дверь, я поставил ногу в проем и безопеляционно заявил:

- Здравствуйте. Я к Киду. У меня письмо. Лично в руки. Вот...

Показав деду письмо, я выжидательно глянул на эконома. Тот нехотя процедил сквозь зубы:

- Заходите. Ждите здесь...

Я вошел. Эконом, оставив меня в сумраке ночного дома, пошел в сторону единственной двери, откуда струилась узкая полозка света. Через минуту он вернулся со словами:

- Кид ждет вас.

Не дожидаясь второго приглашения, я пошел по указанному направлению.

Уже за дверью оказался узкий коридор и лестница вниз. Спустившись, я увидел заполненный дымом кабинет-лабораторию, где окруженный кучей хлама трудился над чем-то молодой мужчина лет тридцати не больше. У него оказалось улыбчивое открытое лицо, темные волосы и вполне себе располагающая привычка при встрече крепко жать руку и смотреть в глаза.

Без лишних слов я представился и протянул Киду письмо от учителя.