Становление короля

Но пока королю лучше было держать себя в руках, постепенно выясняя, что за причины послужили объявлению войны. Все-таки, насколько бы аполитичным человеком он не был в своей прошлой жизни, Дроздов понимал, что просто так это не делают.

Пока складывалось так, что королевство Церел было жестоким и холодным, как и его правители. Народ держали в ежовых рукавицах, хотя, конечно, никого не убивали, жили мирно, в основном за счет торговли. Зима у них была суровая, начинающаяся ещё в последний месяц осени.

И за пять месяцев непрекращающихся морозов, земля промерзала так, что на ней практически ничего не росло. Продовольствие они получали, торгуя как раз с южными королевствами, которым Церел поставлял ткани и нити.

Голубые шелкопряды размножались только в холоде, поэтому в остальных местах их было тяжело искусственно содержать. Но… времена изменились, и Дроздов изобрел ткацкий станок, совершенно не думая, что это приведет к войне. Церелу стало не за что покупать продовольствие, ведь торговля тканями активно началась с его королевством, в виду их дешевизны и доступности.

Дроздову даже принесли заказную книгу, где работа ткачих была расписана даже не на месяцы, а на годы вперед. Одновременно это вызывало и гордость и осознание, что такой, казалось, незначительный момент, оставил целое королевство голодать. Но с другой стороны: должен ли он, как король, думать о других? Ему бы со своими делами справиться, у него погибла сестра, нянечка при смерти, вечные нападения дикарей, так ещё и задание от богини.

Церел мог бы наладить импорт, понизить цены, все-таки это же шелкопряды создают ткани, там не нужно платить им деньгами! Неужели им проще потратиться на войну, причем ведь никто не гарантирует Церелу победу. Его королевство Люценс — больше, в нем всегда была сильная армия, пусть правительство и отличалось не конфликтностью. Неужели северяне думают, что сумею на одном лишь этом выехать и отобрать себе единоличное право на ткани?

— Ваше Величество? — громче повторил один из советников.

— Вы слушаете?

— М? — Дроздов вынырнул из своих мыслей, глядя на людей за круглым столом. — Да, конечно.

— Мы пришли к тому, что нам не стоит вступать в эту войну, — встал секретарь, зачитывая бумаги. — Мы откажемся от торговли с южанами.

Глаза Дроздова, казалось, вот-вот на лоб полезут.

— С чего бы нам сдавать свои позиции?

— Вы не слушали, Ваше Величество, — хмыкнул министр обороны.