Становление короля

— Вот ткань какая красивая, — от потрогал грубую материю, странного красного оттенка. — Как вы её делаете?

— Известно как, покупаем, — поддержала его улыбку женщина. — У северного королевства, там разводят шелкопрядов.

— И они из нитей делают ткань? — удивился Дроздов, ведь… ткать научились, а плести нет?

— Вы как это себе представляете? — уже нахмурившись, уперла руки в бока продавщица. — Шелкопряды же, говорю. Они и делают ткань. А мы покупаем у них и продаем здесь.

— И сколько стоит? — он указал на более или менее приличный квадратный кусок ткани.

— Семьдесят золотых.

Подошедшая сзади Ланса только покачала головой.

— Дорого, Лукас. Ткань сейчас на вес золота. Раньше ведь и у нас шелкопряды водились, да только издохли все. Приходится теперь с королевством Целер держать торговые отношения. а они все выше и выше цены ставят. У нас сейчас ткань в дефиците.

— А почему самим ткань не делать? — мужчина подхватил сплетенные ниточки пальцами, проверяя их на качество. — Я знаю как… то есть я придумал одно приспособление.

Назовем его Ткацкий станок. Хочешь попробовать?

— И я хочу, — оживилась продавщица. — У меня дочурка есть. Одиннадцать год. Купишь? Вижу, деньги у тебя есть.

Лукас удивленно покосился на Лансу. «И что она ему купить предлагает?».

— Вы про нити? — предпринял попытку тот.

— Про дочурку мою, — развела руками, улыбнувшись, продавщица. — Гелия, Гелия, сюда скорее иди.

Дроздов только хотел запротестовать, но из-под прилавка вынырнула девочка, совершенно не выглядевшая на свой возраст.

Две блеклые косички из редких светлых волос, маленький курносый нос. Да и огромный фингал под глазом.

— Отдам за пятьдесят золотых, — женщина треснула дочку по спине, чтобы не горбилась.

И пока Дроздов отходил от шока, Ланса во всю обсуждала товар. Не ткань. Девочку.

— Ты что делаешь? — удивился он, отводя нянечку в сторону. — Мы не можем купить человека, это незаконно.

— С каких пор? — Ланса даже испугалась, что что-то пропустила. — Вы издали новый закон? Я не знала…

— Н-нет, — у мужчины мозг сводило.

Для него из уроков истории это должен был быть рабовладельческий рынок хотя бы, ну на крайний случай торговля из-под полы. Нет, ну на худой конец, родители должны продавать детей из нужды! А эти явно не бедствуют. — Что это вообще такое? Как можно так спокойно людей покупать?

— А почему нет? — похлопала глазами Ланса, словно этот разговор был самым странным, что она в своей жизни слышала.