Становление короля

Пообещав девочке, что никто из них не умрет, Дроздов все-таки собрался уходить. Начинались похороны, здесь, насколько он понял, тела погребали, но совсем не на кладбищах. Их закапывали без гробов, под их фамильными домами или выбранном месте. В знак того, что кто-то погребен в этом месте, памятники не ставили, иначе все бы было уже ими истыкано. Там уже родственники выбирали, посадить ли розовый куст, дерево, а может один росток любимого цветка усопшего.

И, замерев возле подоконника, Дроздов уже знал, что будет прорастать на могиле его маленькой сестры.

Он осторожно, даже бережно, взял листочек в баночке, из которого прорастали слабенькие корешки. Прижимая оную конструкцию к груди, он медленно брел к месту похорон. Как психиатр, он считал, что Нерель нужно побывать на этом мероприятии, проститься с сестрой, чтобы полноценно её оплакать и отпустить. Но как брат и король… В итоге Дроздов решил сводить Адама и Нерель туда позже, чтобы на время похорон практически никого не было возле Лилии.

Когда он пришел, свежая земля уже была разрыта, а одетое в белое платье тело девочки лежало в кровати, похожей на кукольную. Это выглядело так жутко и правдоподобно, что мурашки поползли по коже короля. Он и раньше видел мертвецов, смерть была отвратительна и мерзка, она никого не оставляла таким как раньше.

Казалось, это не коснулось только Лилии. Её не тронули противные веяния смерти, а если и тронули, то отразились трагичной красотой. Её золотые волосы были красиво уложены, платье идеально приглажено, на мертвенно бледных щеках нарисован румянец.

Если бы не остекленелые мутные глаза, то Дроздов мог бы поверить, что все это плохая шутка.

Принцессу с почестями опустили в землю прямо в той белоснежной кроватке. Взмахом руки ритуальщик поднял толщу земли, опуская её на безжизненное тело. Быстро и… низко.

— Не опускайте! — вдруг запротестовал Дроздов, остановив колдуна едва ли не в последний момент. — Верните землю на место.

Ему понадобилось паре минут, прежде, чем ему принесли хоть что-то, отдаленно напоминающее лопату.

Чертовы маги. Закатив рукава, король поднял горсть влажной почвы, бросая на белоснежное платье. Ему чудилось, что от такого осквернения, девочка проснется и обиженно зыркнет на него голубыми глазищами. Но этого не происходило.

Дроздов бросал горсть за горстью, после чего взялся за орудие, самостоятельно закапывая яму. Он был так сосредоточен, что не сразу заметил, как по его лицу стекают слезы.