Восхождение Страйдера

Может теперь это изменится, — тихо и мило хихикнула девушка.

Не знаю, что нас ждёт за представление, но уже предвкушаю смертную скуку.

«Кушнаревский Театр» — написано на фасадной шильде, что располагалась над центральными, высокими, двойными дверями. Размах тут не детский! Впрочем, чего ещё можно было ожидать. Обычному простолюдину, должно быть, сюда путь заказан.

— Ваше благородие, — поклонилась двоица капельдинеров, один из них вытащил с пояса неизвестное устройство и направил мне прямо в лицо.

Это ещё что за приблуда? Мана-ган?! Замочить меня что-ль удумал?!

— Нас просто сканируют, стой ты спокойно, — шепнула мне Эмили и слегка дернула за руку.

Из дула устройства образовалась красная, лазерная сетка, что стала двигаться вдоль наших лиц. Как неприятно слепит!

— Личность подтверждена. Сабуров Стефан Андреевич, Эмили фон Браугер, ваше благородие, хорошего вам вечера, — с этими словами, капельдинеры открыли нам двери.

Наконец мы внутри, большой, пёстрый зал встречал нас высокими потолками, шикарными люстрами и обнаженными статуями.

Среди общей массы людей из высшего общества разной степени важности, я увидел в центре Кисловского. Какие люди, хоть кто-то знакомый! А то совсем неуютно становится.

— Кисловский Роман, — заметила Эмили, — твой старый товарищ, он в курсе «проблемы»?

— Все кому можно доверять, уже знают, милая. Пошли поздороваемся.

— Стефан Андреевич, Эмили фон Браугер, — заметил нас Кисловский по мере приближения.

— Роман Артурович, рад видеть вас добром здравии, — мы пожали друг другу руки.

— Эмили, выглядите просто прекрасно!

— Что вы, не стоит, — раскраснелась баронесса.

Кисловский широко ухмыльнулся и направил свой взор на меня.

«С друзьями наверстал, теперь за дела сердечные взялся?» — раздался в моей голове его голос.

Уважаемый менталист, не могли бы вы покинуть территорию моей головы!

«Она уже знает, что ты ничего не помнишь?»

Знает, я ей всё рассказал

«И что в итоге?»

Свадьба отменяется, семьи поругались.

«Ты лжешь, Стеф. Я же знаю, что это не так.»

— Вы тоже пришли на пьесу, Роман Артурович? — поинтересовалась Эмили, тем самым отвлекая Кисловского от пребывания в моей голове.

— Пьеса лишь сладкий десерт, я прибыл сюда по делам рода. Крупная сделка с одним уважаемым господином из Петербурга. Отец слишком занят, потому поручил это мне.