Книга пятая. Лорд в кандалах

– Глупо, – пожаловался я. Ну что мне с этих Коулов еще взять? Нечего. Да и Миранда, опять же. Она единственная, с кем я общался всю жизнь до попадания в Японию. Мы смеялись вместе, развлекались и танцевали. Доверяли друг другу… потому что нам нечего было делить.

– Как есть, – вздохнула разминающая мне шею девушка, – Но получилось всё равно здорово! Говоришь, тут абсолютно безопасно? Совершенно? Абсолютно?

– Да, – выдавил из себя я, почти уплывая в мир грез, – Черные замки неприступны. Совершенно. Абсолютно.

– Хорошо, – удовлетворилась жена, – Буду здесь.

Это просто ужасное место, даже по сравнению с теми, где мы жили до сих пор, но… лучше тут, чем где-либо еще. Ты будешь спокоен за меня. За нас. Я рада.

– И я рад. Почти, – честно сказал я, понимая, что в собственных чувствах и эмоциях после сегодняшнего дня буду разбираться очень долго. Слишком всё…

Банальнейшим образом меня развезло. Неслабо потратился во всех планах, голова была похожа на тюфяк, в который трудолюбивая женщина запихала куда больше соломы, чем это нужно.

Организм, поняв, что с него довольно, решил отключиться, от чего я, скользя по гладкой эмали назад, слегка придавил тяжелым телом первую жену как лягушку. Та, недовольно квакнув, начала бороться за плавучесть, и, вроде бы, даже шарахнула меня пару раз электричеством, но на сонный мозг это не произвело никакого впечатления.Как результат, слабое шебуршение в районе головы меня окончательно убаюкало, поэтому я не увидел чрезвычайно забавного зрелища высвобождающейся Рейко.

Слегка в себя я пришел лишь от того, что кто-то, голый, скользкий, мокрый и пыхтящий, сидя у меня на груди по-турецки, пытался меня то ли придушить, то ли разбудить.

Этот кто-то что-то говорил злым голосом на японском.

-…та! Ари… Ты… Оч-нись! Дурак!

– Да… дорогая? – вяло отозвался я. Губы и язык казались вылитыми из чугуна, голова гудела как колокол, но мерное стуканье этим органом о стенку ванной слегка раздражало, от чего я и «включился».

– Еще три, говорю, понял?! – красная, злющая, слегка вспотевшая и лишь чуть-чуть визуально беременная жена продолжала меня стучать о железо, держа за уши.

– Да… хорошо… прекрати… ты о чем…, – забубнил я, с тоской понимая, что сил прекратить вандализм не имею вообще.

– Я говорю о наложницах, дурак! – с этими словами дорогая супруга шарахнула меня о металл посильнее, что способствовало появлению мыслей. Панических мыслей. Бывшая Иеками оскалилась не хуже своего предка, а затем приблизила свое лицо к моему. Нос к носу.