Найденыш 12. Путь воина

– В самом деле огласка серьезная?

- Зачем мне выдумывать? Могу даже прислать несколько газет: немецких, итальянских, французских…

- Не стоит, я вам верю. Интересная история…

- Не лезь туда, Никита, - посерьезнел Балахнин, подняв очки на лоб. – Сейчас такая собачья свалка началась, и я уверен, что и наша контрразведка там свою руку приложила. Если хочешь, подниму свои связи, и те, кто подталкивал магическую инквизицию к подобным акциям, однажды могут исчезнуть с лица земли.

- Неожиданно. Вы хотите мне помочь раз и навсегда разделаться с перманентной угрозой?

- Хочу.

Мне нравится продвигать вперед молодых и энергичных дворян к высотам власти. Именно они станут драйвером нашей дальнейшей внутренней и внешней политики, поставят Россию во главе европейских домов, но не с позиции имперской парадигмы, а как влиятельного игрока, которому не чужда открытость и демонстрация стабильного порядка.

- Маугли, возглавивший волчью стаю? – усмехнулся Никита, поразившись той горячности, с которой сейчас вещал Балахнин.

Это Лондон на него так повлиял?

- Именно, что Маугли. Нас и считают дикарями, начиная с незапамятных времен.

- А от меня что требуется? – волхв решил уйти от скользкой темы. – Все-таки имперская парадигма, как вы изволили выразиться, мне гораздо ближе по своему наполнению.

- Я не тяну тебя в дебри международных отношений, - лицо князя снова расслабилось. – Но я хочу вернуться к идее Кормчего. Несколько членов клуба «Двадцатки», ранее голосовавших против, уже дали принципиальное согласие поддержать твою кандидатуру… кстати, после того как ты лихо разделался с ватиканскими наемниками.

- Отрадно слышать, - хмыкнул Никита, не особо надеясь на дальнейшую удачу. Одни согласились, другие воспротивятся, испугавшись быстро растущей популярности барона Назарова. – Но и это не главное, да?

- Меня давно интересует проблема получения Дара, подобного твоему, - напрямую сказал Балахнин. Лодка выплыла на простор второго пруда, и он опять нацепил очки на глаза. – Я встречался со многими специалистами, перерыл невероятно огромную кучу литературы и даже пробовал выйти на храмовых жрецов Перуна.

- Они, скорее, не жрецы, а смотрители, охрана Алтаря.

- Я пришел к такому же выводу. Но, пусть будут жрецы для удобства. Дар Пяти Стихий не передается по наследству, Никита, и твои дети вряд ли станут такими же уникальными одаренными.

- Зачем вы мне это говорите? Хотите расстроить? Так я знаю, что Полина, Мишка и Ярослав не поднимутся до моих высот.