Архонты 2

Со временем Костя привык и перестал гоняться за людьми в попытке обрести друга. И тут в этом аду, сам того не подозревая он нашёл друга, искреннего и преданного. А теперь он умирает на его руках, закрыв Костю от пуль. В памяти как заевшая пластинка всплывали назойливые воспоминания, сколько раз Васька спасал ему жизнь. И чем больше он об этом думал, тем сильнее была боль. Костя взял Ваську за руку:

– Брат, я прошу тебя, не сдавайся! Мы с тобой почти нашли этот злосчастный выход… мы смоги вернуть себе жизнь, осталось то дело за малым.

Держись друг, я что-нибудь придумаю, – сказал Костя, но ничего не приходило в голову лишь полоса воспоминаний.

Несколькими годами ранее.

– Костян, не сдавайся, ты должен найти выход.

– Но почему ты не искал его? Ты сколько лет уже тут? – спрашивал Костя, сидя возле костра с Васей после очередного провального побега с острова.

– Много, пять лет я прожил тут до встречи с вами, – Васька с ухмылкой бросил взгляд на спящую в стороне Катю и снова повернулся к Косте, – И с Вами, сколько мы уже пытаемся выбраться?

– Года три примерно, последний пару лет я стал сбиваться со счёта, – грустно улыбнулся Костя, понимая безвыходность ситуации.

– Прекрати! – заметив отчаяние парня, строго сказал Васька, – выход должен быть и мы его найдём.

– Вась, а почему ты сам не выбрался? Зачем столько лет тут жил? А самое главное как тебя угораздило попасть сюда? – спросил Костя.

– Я был не самым сговорчивым ребёнком в детдоме. Воспиталка вечно бухтела, что им достался криминальный князёк.

Она не знала, что я читал её мысли, – усмехнулся Васька. Марья Ивановна улыбалась директору и обнимала меня, потому что княжеские дети в детском доме огромная редкость. Хотя нет, вру, их там вообще не бывает, это мне так подвезло остаться без единого родственника. В общем, директор дорожил мной. Но только он уходил, мне тут же прилетал тяжёлый подзатыльник, – усмехнулся Васька, вспомнив свою детскую обиду, – Меня показывали на всех проверках и праздниках, будто я редкий зверёк в зоопарке. Так я и рос, пока не стал несносным подростком. Тогда-то я решил отомстить той старой грымзе, – Васька усмехнулся и взял длинную палку используя её как кочергу, он поправил угли.

– Грымзе? – переспросил Костя.

– Да, – усмехнулся Васька вспомнив Марь Ивановну, – Она всегда была недовольна всеми из-за того, что её жизнь не сложилась. Её мама, лелеяла доченьку и всегда говорила, что ей нет равных.