Та, которую я...

С той самой минуты мальчик или девочка аристократического происхождения впервые начинают управлять родовой магией.

До десяти лет магия им недоступна.

И то, что Ритуал проходит вечером – не случайность или прихоть, а устоявшееся правило. Сын хранителя вычитал в старых книгах, что делается это умышленно. В давности предводители родов были чрезвычайно жестокими, может, этого требовали те времена. Видимо, раньше часто происходило так, что Очаг не принимал даже прямых наследников рода.

Вот те жестокосердные правители и избавлялись наступившей ночью от неудачного потомства, чтобы скрыть свой позор.

Убивали «бракованных» отпрысков рода, если этого не делал сам Очаг.

– А что, прямо настоящих юных аристократов источник может уничтожить? – удивился я.

– Не знаю, но в летописях говорится о таком, – кивнул Балисгор. – Может, для острастки, а может, и правда.

Я расплылся в непроизвольной улыбке, красочно представив, как Очаг во время Ритуала превращает хмыря в кучку пепла…

***

Приближался вечер, а значит, и Ритуал.

Семейство всё еще пировало. Я испугался, что они сразу из обеденного зала отправятся к Родовому Очагу, и могу об этом не узнать. Поэтому крутился неподалеку, поглядывая на двери, и прислушиваясь к доносящимся голосам.

Меня само собой на пир не приглашали. Я не член семьи.

Уже раз пять принимал окончательное и бесповоротное решение уйти в свои покои. Не всё ли равно: станет хмырь полноправным аристократом или только наполовину?

Но вот та придуманная мною кучка пепла – так и стояла перед глазами.

И меня буквально раздирало желание увидеть ее воочию, а не только в своих фантазиях.

Наконец-то дождался.

Свернув пирушку, аристократы выдвинулись к магическому источнику. Я увязался за ними. Мне ведь князь предлагал «ради собственного интереса» побывать на всех этапах церемонии.

Вот я и побываю.

Я и не подозревал, что самый важный ритуал будет весьма скоротечным. Промедли я еще немного – и точно бы опоздал.

Собравшись возле Родового Очага, семейство выстроилось привычным полукругом.

К пламени источника подошел князь и подозвал к себе Акакия. Велев ему преклонить колено, глава рода положил ему руку на голову и отчетливо произнес:

– Жалую тебе княжеский титул. Влейся в нашу семью и стань одним из нас.

«Самозванец» поднялся, и князь вручил ему запонки в открытом футляре.

Это меня почему-то развеселило, и я подумал: «Вот так магическое оружие! Будто насмешка».