Та, которую я...

Не сказать, что бывший спортзал прямо уж напичкали всяческими штучками по последнему слову технологий, но шаткую иллюзию внутренностей звездолета создать для нас умудрились.

Не знаю, что я почувствовал бы, попав на нормальный виртуальный корабль, в обстановку, приближенную к реальности, где уже два года живут основной и запасной составы экспедиции…

Не берусь даже предполагать.

А вот здесь, на учебном полигоне для резервистов, меня вполне всё устраивало. Размытая и местами проваливающаяся голографическая модель «потрохов» космического судна ничуть не раздражала меня и не смешила, а лишь вселяла умиротворяющее спокойствие и уверенность в завтрашнем дне.

Но так было раньше.

Теперь же всё изменилось. Пока Алиска находилась неподалеку от меня, точнее, ее минимальный набор частей тела – о спокойствии я мог только мечтать. Сценарий учений совершенно не изменился, несмотря на то, что вроде бы как нам пообещали в этом году пугающий ключевой этап, который определит дальнейшие перспективы для каждого из нас.

Правда, сейчас далекое будущее меня волновало меньше всего.

Наши «пилоты» нервно вскрикивали, разбираясь с вводными, сыпавшимися на них одна за другой. Иногда кто-то из них прохрюкивал заезженную фразу: «Только не в мою смену!»

Как же меня тошнит, когда я ее слышу. По-моему, звучнее было бы сказать: «Не в мой дозор»… «Не в этот раз»… А лучше: «Не на моих глазах!» Да и вообще: «Не в моей жизни!»

Я скучал на своем посту, забившись в угол на противоположной стороне спортзала. От безделья я равнодушно и совершенно бессмысленно клацал кнопкой сброса мусора в открытый космос, уныло уставившись на мигающий индикатор.

В определенный момент в мои барабанные перепонки вонзился противный сигнал тревоги.

Вот и «разгерметизация» пожаловала. Моя «живучесть», как и обычно, оказалась под угрозой.

Самое поразительное заключалось в том, что покидать свой пост мне категорически не разрешалось ни при каких обстоятельствах. Из-за столь суровых требований служебной инструкции я, конечно, ощущал некую значимость.

Но я никак не мог взять в толк: как сброс мусора приобрел такую стратегическую важность? Возможно, его используют при нападении на звездолет как средство маскировки или даже в качестве оружия?

Ответа я не знал. А спрашивать – и не пытался. А оно мне надо? Я ведь всё равно никуда не полечу.

Пока я привычно гадал, забудут про меня или просто не успеют спасти, случилось непредвиденное.