Та, которую я...

Служивые, которые дежурили там, попадали замертво. На дворцовую территорию вбежали четверо. Я оторопело уставился на них. Балкон находился практически напротив ворот, и отсюда происходящие события были как на ладони.

Монашеские рясы и болтающиеся на шеях амулеты…

Их я видел и прежде.

Блаженные или богоотступники, как бы их не называли, казались мне миролюбивыми проповедниками. Но теперь стало очевидно, что убеждать людей в своей вере одними словами, им явно недостаточно.

Навстречу четверке адептов Тейи бросились двое служивых, выбрасывая вперед руки со сверкающими служебными кольцами.

Однако никакого магического воздействия на нападающих я не заметил. Служивые, не раздумывая, кинулись врукопашную.

Один из богоотступников успел размахнуться и швырнуть что-то круглое в сторону дворца.

Снова раздался взрыв…

Для меня время в этот момент будто замедлилось, я видел каждую мельчающую подробность…

Испуганное лицо Аделаиды…

Ее рука тянется к ожерелью…

Оно сверкает, но тут же срывается с шеи и рассыпается на фрагменты…

Княжна смотрит на меня беспомощно…

Обреченно… И проваливается вместе с частью балкона…

Конечно же, я рванул за ней.

Подхватил у самой земли и отпрыгнул вместе с Аделаидой на безопасное расстояние. Не выпуская ее из рук, тотчас заскочил за огромную колонну, прислонил княжну к мрамору и прикрыл собой.

Я очень надеялся, что у нее случился краткосрочный обморок, и она не стала свидетельницей моих невероятных «спортивных достижений». Во всяком случае ее глаза были закрыты.

Прижимаясь к ней, я ощутил, как она приятно пахнет… Черт возьми, как она хороша!

И вот княжна ожила:

– Руку убери.

Только теперь я осознал, где находится моя правая верхняя конечность, и почему я стою слегка согнувшись. И тут же почувствовал трепет ее тела… Мягкость и упругость… Я и не помнил, как это сделал. Видимо, при падении я засунул руку между ее ног и ухватил за… За то, что я у нее еще не видел.

Ну, уж как вышло!

За что получилось, за то и схватил.

Еще надо было изловчиться с ее-то пышным платьем. Я ведь не специально. Или специально? Наверное, мой мужской мозг сам сработал как надо.

– Пусти, – настойчиво потребовала она.

– Не могу, запястье… предплечье… плечо… всё свело, – соврал я, медленно проговаривая слова, чтобы продлить приятные ощущения. – Перепугался ведь не на шутку.

Адель уперлась в меня руками и попыталась отпихнуть, но мне показалось, что она не очень-то и старается.