Из грязи в князи

Наполеон не разгромил нашу армию, а Кутузов после боя организованно отступил, не защитив Москву. Тактический проигрыш, стратегическая победа? Одинокая Матушка Россия против Великой Армии (La Grande Armee), вобравшей в себя большую часть армий Европы. Сначала воинские рати друг друга обескровили по самое не могу, а потом пришли три великие дочери волшебницы Руси. Сначала генеральша Распутица с примкнувшими к ней позже сёстрами в тех же званиях Стужей и Бескормицей, которые окончательно разгромили всеевропейцев, прогнав и добив аж в самом Париже.

* * *

После того как прозвенел второй звонок на урок, наш крайне пунктуальный учитель, с неестественно прямой осанкой, зашёл в класс, не задержавшись ни на секунду. Донельзя правильная выправка мужчины возрастом немного за полста лет, подошедшего к учительскому столу, чеканя шаг.

Я — бывший мальчишка-карманник с улицы — всегда подмечал всякие ненужные праздным зевакам мелочи, иначе выжить на дне невозможно. Сегодняшняя странность педагога: едва-едва видимый тремор пальцев и ладоней историка.

Неужели принял с утра пораньше горячительного? Что-то случилось радостное или наоборот успокаивал расшатавшиеся нервы? Что-то личное в семье или на работе? Как бы то ни было, нужно быть настороже, мало ли чем это обернётся для меня. Попадаться под его горячую руку неохота.

С невозмутимым видом педагог прошёл к учительскому столу и так же ровно, ни на мгновение не сгибаясь, сел на стул. Из-за этой потешной странности и вообще его чопорного поведения ученики дали ему прозвище «Факир».

И вправду будто бы цирковой артист, проглотивший шпагу, — сидит, стоит, ходит всегда с безупречно прямой спиной. А про правильное, чёткое движение рук и походку вообще молчу.

Наверное, он служил и ему ведомо значение фразеологизма «честь мундира». Думаю, так и есть — бывший военный, уволенный в запас, как вариант, за растраты или чрезмерно лихое употребление крепких спиртных напитков. Но сам Павел Игнатьевич никогда не распространялся о своём прошлом, дозволяя загадкам о его славной биографии витать в воздухе.

— Класс, встать! — рявкнула наша староста, и мы повскакивали со своих мест. — Отсутствующих нет.

Последнее предложение было пропущено преподавателем, как всегда, мимо ушей. Павел Игнатьевич всё равно скрупулёзно проверял классный журнал, выкрикивая все имена-отчества малолетних «курсантов». Внимательным взглядом осматривая наши одухотворённые лица, проверяя, чтобы не обманули.