Рысюхин, надо выпить!

И, да – род графов Кайриных просто не имеет права, не может себе позволить, не наградить за снятие опалы как следует. Им это будет ударом по самолюбию и по репутации. Пусть даже сейчас речь идёт об опале для одного из рода – они обязаны вручить тебе достойную награду, а «достойная» в этом случае – это не банальные деньги, хоть и они тоже могут быть добавлены, причём речь не о сотнях рублей и не о паре тысяч, а что-то знаковое и статусное. И не смей даже пытаться отказываться! Скромность и вежливость – да, но принять с благодарностью – обязан.

Ты меня понимаешь?

– Думаю, да.

[1] Пасюк – серая крыса.

Глава 11

Мы допили чай в молчании и задумчивости. Напоследок Мурлыкин заметил:

– Надеюсь, ты понимаешь, что проблем как минимум на этой сессии тебе ждать не приходится? Режим благоприятствования будет такой, как у сына ректора, а то и выше. Главное – не наглеть.

– Не буду, конечно.

– Самое смешное – что даже не сомневаюсь. Более того – уверен, что будешь смущаться и отнекиваться.

– Кстати, Василий Васильевич. Вы говорите, что расследование в целом закончено. А кто испортил основной кристалл?

– Ещё один идиот, только молодой и идейный, которого использовали «в тёмную». Огранщик «нулёвка», но близко к единице, которого отправили на изнанку в надежде, что сможет поднять потенциал. Вместо этого он страдал всякой фигнёй. Вроде как его подговорили «разыграть высокородных гусей» – мол, защита перезагрузится от запасных камней, но «эти», услышав сигнал тревоги, «успеют обгадиться».

Так, по крайней мере, говорят его приятели. В общем, навыков испортить кристалл так, чтобы он треснул при сильном оттоке энергии ему хватило, а везения выжить после падения защиты – нет.

– Жаль.

– Конечно, жаль – хотелось бы допросить его, чтобы узнать, кто именно уговаривал и что обещал.

«А вот это уже признаки начала профдеформации».

Мы ещё какое-то время посидели, обсудили, как прошло празднование Нового года и здоровье родных.

Наконец, я откланялся. К Пескарскому, по здравому размышлению, заходить не стал – толку будет ноль, а времени потеряю немало.

На входе на изнанку академии меня перехватил приплясывающий не то от нетерпения, не то от других эмоций служащий администрации.

– Рысюхин? Юрий Викентьевич?

– Да.

– Где вы ходите?! Вас ректор ждёт! Идём быстрее!

– Подождите, дайте хоть вещи занести и умыться с дороги!

– Вещи отдайте охране – они отнесут.