Богоборцы 2

Сон растаял словно дымка, оставив после себя лишь смутные очертания чего-то смертельно опасного, но при этом я твердо был уверен, что эта угроза не способна причинить мне вреда. Достаточно пожелать — и… дальше я уже ничего не помнил. Зато отлично мог сказать, чем закончился вчерашний вечер.

Горе-бандитов, получивших люлей, скрутили, правда, полиция за ними ехать отказалась, мол, ночь, зима, трупов нет, вот пусть сидят и ждут. Их заперли в подсобке того же клуба, благо он отапливался котельной, так что не замёрзнут.

А вот меня, как пострадавшего героя, в оборот взяла Дашка. Ну как же, рану надо было промыть, обработать и так далее, по списку, хотя, по сути, там красовалась простая царапина. А самое главное, мне срочно требовалась анестезия, так сказать, сладенькое, чтобы унять боль. Вот я и заменил болеутоляющее клубничкой, прямо в кабинете директора клуба. Дважды. Тем более Дашка на место подруги жизни не претендовала, у неё в городе был жених. Ну а я не стал играть в ханжу, и мы оба остались вполне довольны друг другом.

— Так, кто из нас тут главный, — я потянулся всем телом и глянул на часы, — да и время только десятый час. Светать начало.

— Ну так и хорош дрыхнуть, раз солнце встало, — заворчал Балашка, деловито шурша под кроватью, — Изба нетоплена, полы неметены, скотина… ну ладно, с ней хоть малые управились. А хозяин…

— Не бубни, — отмахнулся я, поднимаясь и разминаясь, — я на каникулах, мне можно. Чего там на завтрак?

— Блины сгоношил, — чуть недовольно доложил домовёнок, — молоко в ларе, варенье на столе, чайник на плите.

— Вот за это благодарствую! — я довольно потёр руки, кинувшись на кухню, даже не одеваясь. — Ух ты, красота какая! Тонкие, кружевные. А пахнут как!

— Штаны хоть надень, бесстыдник, — для порядка прикрикнул Балашка, но мешать мне не стал, отправившись по своим делам.

А я, жмурясь от удовольствия, как кот, принялся уплетать вкуснейшие блины, по очереди макая их то в сметану, то в земляничное варенье, а то и в растопленное сливочное масло. Со сладким горячим чаем это была пища богов.

Чистейший нектар и амброзия в одном флаконе. Хотя нет, вряд ли даже богам доводилось пробовать такую вкуснятину. И, понятное дело, от стола я отвалился лишь тогда, когда в меня блины уже просто не лезли.

— От души, Балашка, — сыто рыгнув, я лениво поднялся, размышляя, завалиться ещё поспать или, может, делом каким заняться. — Накормил как и царю не подают.

— Царю-батюшке ишшо и не такое подносили, — буркнул довольный домовой.