Никого нельзя обижать! Семестр І

Что? Вы не спали, а скучали? Так кто вам доктор? Это не мои проблемы! Все претензии к организаторам этих Олимпийских игр.

Четвёртым «деревом» был я сам, накрывшийся одним из «брёвнышек», чтобы скрыть выдающий меня номер.

Ждать долго не пришлось. Я даже отдохнуть не успел, как в гараже за спиной что-то звякнуло, и я весь оцепенел. Ситуация повторялась точь-в-точь, как в том же «Хищнике» – враг за спиной, а я, выбравший не то направление для наблюдения, а потому «обосравшийся», его не вижу.

Что делать? Пердеть и бегать? Нет, это не наш метод!

Пришлось снова врубать эфирный локатор, чуть ли не жопой определяя положение перехитрившей меня противницы.

Вот она, внимательно рассматривает приготовленную для неё ловушку. Видит ли она мой номер? Поверит или нет сотворённой мною композиции? Простучит по нам контрольными выстрелами или сэкономит патроны? Прошивает ли «пуля» из учебного калаша имитируемый непонятной чёрной пылью металлический лист гаража? Одни вопросы при полном отсутствии ответов и малейшей возможности хоть что-нибудь сделать! Бесит, когда от тебя ничего не зависит!

Не знаю, поверила мне «хищница» или нет, но она отвернулась, подписав тем самым свой «смертный» приговор.

Я стремительно сбросил лежащее на мне тело и, повернув автомат, выпустил по гаражу для гарантии весь магазин.

«Хух, нас осталось только двое!» – на радостях я попытался вытереть рукой вспотевший от напряжения лоб, уткнувшись перчаткой в пластик шлема.

Всё-таки достоверность тут на уровне!

Последнюю противницу, приближение которой тоже засёк эфирным локатором, я просто закидал гранатами – своими и позаимствованными у предпоследней.

Ей этого хватило.

После извещения в шлемофоне, что на полигоне остался один боеспособный боец, сразу же пришло новое, в котором номер двадцать два объявлялся победителем первого раунда соревнований, и всем бегом надлежало покинуть полигон через те же двери, сквозь которые участники на полигон попали.

Бежать я не стал, так как моя дверь была ближе всего. И, кроме того, я ощутимо устал.

О физическом и энергетическом голоде даже не говорю. Да и наблюдать за тем, как девчонки, кряхтя, поднимаются и разминают конечности, затёкшие от долгого, неподвижного лежания, было прикольно. Но недолго.

Две из них, с номерами на единичку и двойку меньшими моего, дёрнулись ко мне с намерениями, видимо, поздравить победителя на месте. Но я тут же навёл на них автомат. И девушки, почему-то передумав, постепенно ускоряясь, побежали с полигона.