Никого нельзя обижать! Семестр І

Хоть и приглядывался поначалу внимательно ко всем встреченным патрулям.

Ну, в порядке, так в порядке. Надеюсь, Ольга Станиславовна знала, о чём говорила. Поэтому все нехорошие мысли из головы я постарался выкинуть, сосредоточившись на поиске какого-нибудь способа дополнительного зарабатывания денег. А то кто знает, насколько расторопными окажутся следственные органы нашей матушки Руси.

Кстати, о следователях. У судьбы на этот день, кроме приятных новостей о полном порядке в стройных рядах государственной охраны, был припасён и неприятный сюрприз.

Перед уходом, а вернее каким-то убеганием, Говорова ещё уведомила меня, почти дословно процитировав городничего из известной всем комедии Николая Васильевича Гоголя: «К нам едет ревизор!»

Вернее ко мне едет … Нет, не ревизор, хуже – следователь. Точнее его женский вариант. О чём меня и поставили в известность, попросив никуда с территории гимназии до окончания этого сюрприза не отлучаться. Блин, где-то я всё-таки наследил!

Выцепила следовательница меня прямо с утра, хотя я почему-то думал, что у меня будет какое-то время на подготовку к её неприятному визиту.

Но не успел я вернуться с завтрака, как встретила она меня у подъезда моего корпуса вся такая строгая, официальная, что дальше прям некуда.

Ещё издалека на подходе к своему жилищу я заметил топтавшийся перед входом незнакомый короткий серый юбочный костюмчик, плотно облегающий приятные взгляду выпуклости и спереди, и сзади, не говоря уже о крутых боковых поверхностях.

Планшетик в левой ручке электронный удерживает, правой очёчки поправляет на украшенной аккуратной гулькой головке, длинными ножками, обтянутыми черной сеточкой, перебирает, и бордовыми туфельками на высоких «шпильках» по асфальту постукивает от нетерпения меня увидеть и расспросить.

Именно так она и сказала, удостоверившись в окончании срока своего бездельничанья, показав голограмму на служебном удостоверении, назвав фамилию, имя, отчество и должность, которые, как ни удивительно, совпали с тем, что было отображено в её раскрытой передо мной ксиве.

А потом ещё напросилась в гости, проигнорировав информацию о том, что мне ещё нет четырнадцати лет.

– Так я же не допрашивать тебя пришла, а просто побеседовать, – почти искренне удивившись, сообщила дама тёмно-красными губами, уставившись подведенными серыми глазищами поверх тонких очков, удерживаемых однотонными с губами ноготками.