Меншиков

В прежние времена и в других местах, они бы у меня уже ползали в ногах, умоляя перестать терзать их тела, но…

Пока я сидел в карцере, мне пришла мысль, что пора учиться принимать реалии этого мира. Если я не хочу, конечно, валить всех направо и налево. Пожалуй, все же не следует устраивать кровавую бойню из-за каждого обзывательства или наезда.

Но спускать просто так насмешки, конечно, было нельзя.

– У свиньи? А что там не знать-то? С той стороны, с которой воняет, как от тебя – там зад, – сказал я и окружающие парни прыснули, а здоровячок, что пытался меня задирать, насупился и сжал кулаки.

– А ну молодежь, разойдись!

Сквозь толпу сбежавшихся на меня посмотреть молодых, только от сохи, солдат, протиснулся умудренный сединами воин. Слегка заплывший жирком, но все еще могучий. Грудь колесом, усы торчат. Вернее, как «протиснулся» – растолкал всех, кто стоял у него на пути.

– Меншиков? Дворянин, значится. А светлейший князь Александр Данилович, тебе кем приходится, парень?

– Батюшка он мой. Только не князь он нынче.

Народ притих. А на того бычка, что меня задирал, так и вовсе жалко было смотреть. Одно дело насмехаться над сынком служивого дворянина. Таких за время царствования царя, а затем императора Петра, развелось немало. Зачастую они не шибко отличались от крестьян. Жили в таком же доме и пахали землю. А другое дело светлейшего князя. Пусть и бывшего.

– Помер он недавно.

– Все мы смертны, – сказал усач и прикрикнул на других.

Народ разбрелся, кроме одного щупленького паренька.

– Это Федька. Расскажет что, почем. Меня зовут Евграф Амосов. Капитан сказал – быть твоим «дедом». Старшим сотоварищам, значит.

В принципе, как и что тут устроено, я уже знал.

– Туто, в казармах, все и живем. Кроме плутонга лейтенанта Андросова, – сказал Федька, показывая мне мою шконку на втором этаже средь длинного ряда двухъярусных кроватей.

– А что с ним иначе?

– Они… делами разными не промышляют.

Про «иное» я уже знал.

Тихое бытие в поселении было лишь снаружи. На деле, безобразия во 2-ом батальоне цвели и пахли.

Начиная с контрабанды от татарчат с южный ойкумен, продолжая подпольной мануфактурой в лесу и заканчивая сдачей в найм окрестным помещикам солдат на различные хозяйственные работы.

Формально батальоном руководил майор Маресьев. Но ему было едва за двадцать, и все время он пропадал в Твери.