Цельнометаллический Князь [Версия с ЦЕНЗУРОЙ!]

Ямагути просто не видел во всём этом смысла, он этого не понимал.

Не понимал он и почему его сестра так упорно корпела над учебниками в сельской школе, пока он сам дремал над ними несмотря на все крики визгливого учителя, не понимал, почему она так стремится в город и хочет учиться в колледже, хотя могла бы помогать маме и отцу по хозяйству.

Почему его сестра так хочет убежать в этот чужой, шумный мир? Для него это была загадка.

Однако нельзя сказать, что брат совсем не разбирался в чувствах своей кровинки.

Её мечты и горизонты могли быть закрыты для него белой пеленой, но красные глаза, уныние, сухие следы от слёз на белых щёчках, — всё то, что стало с девушкой после возвращения в деревню, когда приказом оккупационного правительства её университет закрыли как рассадник вредоносных идей и повстанческий очаг — если бы Ямагути не понимал всего этого… Ему впору было бы пойти утопиться в ближайшей речке за то, что он такой дурной брат.

Поэтому, когда пришли известия о восставших, Ямагути отправился к ним вместе с другими деревенскими парнями и взялся за ружьё…

Время.

Вот и солнце на нужном рубеже. Юноша ожидал появление смены в любую минуту, как вдруг странное беспокойство захватило его сердце. Что-то… Что-то было не так, вдруг осознал Ямагути.

По его спине пробежал холодок. В горле пересохло. Ярко светило солнце, стояла тишина, раздавались зевки его напарника по страже, но всё это было неправильно… Ах… Вот оно что… Тишина.

Почему так тихо?

За последнюю неделю Ямагути уже так привык к вездесущему артиллерийскому грохоту, что тишина выбила его из колеи.

Зачем враг прекратил обстрел? Кончились снаряды? Нет, тишина продолжалась уже слишком долго. Такого раньше не бывало. Но тогда… Может они готовились идти на приступ?

Ямагути услышал шокированный вздох и тут же повернулся к другому караульному. Юноша увидел, какое странное, бледное у него было лицо и как пристально смотрел он на поле боя. Чувствуя дрожь в поджилках, Ямагути проследил за его взглядом и увидел, как среди вспаханного артиллерией луга медленно вырастает чёрный гигант.

Легендарный волшебный доспех, — прогремело в голове юноши, — Синкэн!

О них гласили песни и легенды… Они были героями! Сусаноо! Мусаси! Ода Набунага! Все они крошили обыкновенных людей, как траву…

Ямагути замер от испуга. Вместе с ним застыли и все прочие караульные. Прошла вечность. Наконец, кто-то пришёл в себя и закричал:

— Они! Зовите Алую Они!

Крик вышел бесполезным.