Метаморф 2. Красный Робинзон

Медлительный, но гибкий, физически сильный, чешуя слабо бронированная… Чё-о-о-рт!!! Мы влипли! Это не змея!!! Это гидра!!!

Последнюю фразу фамильяр буквально проорал мне в ухо, активно шевеля при этом всеми щупальцами и бешено вращая единственным глазом. Впрочем, я и сам уже понял, что непростительно поспешил. Потому что вслед за липкими сгустками из шланга выдулись два пузыря, лопнули, выплеснув на землю ушат розоватой пены, а внутри у них оказались две змеиные головы, точно такие же, как та, которую я недавно размозжил молотом.

Только куда более агрессивные. Своими длинными языками они слизнули плёнку лопнувших пузырей и отправили её во чрево, а потом оскалились и зашипели, глядя прямо на меня.

«Геракл хренов!» – обругал я себя и кинул тоскливый взгляд на увязший в земле молот. Тупить было некогда. Гидра принялась выплясывать свой смертоносный танец, извиваясь всем телом в попытке набросить на нас мускулистое кольцо, и клацая зубами обеих пастей. «Головы! Головы не трожь!» – кричал Алукард, приплясывая в воздухе.

«А то я не вижу!» – огрызнулся я, озираясь в поисках чего-нибудь, способного пригодиться мне в бою. Дружок рычал и рвал когтями гада, что оперативно заращивал все ранения.

Примерно через минуту боя у гадины было уже не две головы, а три. Вот только сражением эту потасовку назвать оказалось сложно. Все же помимо живучести и совершенно фантастической регенерации, которая почему-то распространялась больше на переднюю часть туловища (раны на хвосте зарастали гораздо менее охотно), тварь ничем особо похвастаться не могла, являясь, по сути, питоном переростком.

Нет. Так-то всё было неплохо и вполне соответствовало её уровню… Вот только противники ей попались неудачные. Сломать кости? Задушить? Проглотить? Всё это для метаморфа не несет никакого вреда. А Дружок, которого одна из голов попыталась схарчить, во-первых, застрял в глотке, а во-вторых, просто выгрыз себя из плена...

– А может, мы её просто съедим? – задал вполне логичный вопрос Алукард.

Я с сомнением окинул взглядом шипящего гада. А действительно, почему нет?

– Только лучше с хвоста начинать! – подсказал фамильяр.

– Кто работал? Кто устал? Час обеденный настал! – вспомнил я стишок, что любила моя маленькая дочь из «той» жизни, и вонзил в тварь свои зубастые ладошки. – Кушать будем вдоль!

Думаю, нет смысла повторять, что зрелище это было не для слабонервных. Рвали извивающуюся гидру мы с Дружком минут десять.